Остров Вальгалла

– Они будут друг друга, а вы только меня, товарищ майор? Или я тоже имею право вам что-нибудь отрезать? – спросил Станислав.

Майор, показалось, даже обрадовался такому обороту дела."

"– Попробуй. Только учти, что я инструктор именно по ножевому бою. В нашей области лучшего специалиста нет. Хотя ты у нас теперь из другой области… С ножом общаться вас учили?

– Кое-что показывали.

– И то хорошо. Мы с тобой и начнем. Покажем другим, как следует драться. Бить будем всерьез, стараться нанести травму. Не бьем только в глаза, в виски, в пах, в горло, в уши, в любые поражаемые части тела.

– Договорились, товарищ майор.

– Подходим ко мне по одному, получаем ножи. После побоища, несмотря на боль, подходим, ножи возвращаем и только после этого посещаем санинструктора. С ножом он никого принимать не будет и даже кусочка пластыря не даст. Ножи нам еще сгодятся. Я надеюсь, что у нас будут еще наборы в школу. Другим тоже захочется стать кусками мяса. Подходим, чего встали…

Ножи разобрали быстро.

– Встали попарно. Я сразу предупреждаю, что сегодняшнее занятие не предназначено для того, чтобы обучить вас ножевому бою. За одно занятие это сделать невозможно. Сегодняшнее занятие предназначено для того, чтобы вы научились не бояться боли. Хотя кое-какие элементы защиты я вам покажу. Они могут пригодиться. Или наш спецназовец покажет, если сможет. Я вообще-то даже предполагаю, что его чему-то научили за время службы. Сколько ты там служил, Ратилов?

– Пять лет, товарищ майор.

– За пять лет можно подучиться, если только этим и заниматься. Но вы там не только этим занимались. Чем вы в основном занимались?

– Больше всего ползали, товарищ майор. Наш командир роты считал, что для бойцов спецназа ГРУ умение неслышимым и невидимым подобраться к врагу – это самое главное умение. Иногда в день больше десятка километров проползали.

– Хороший у вас командир роты, но он не понимал, что по улицам ползать смешно.

– Он нас, как и командир взвода, учил действовать не на улице, а в боевых условиях. Уличных хулиганов по нынешним временам милиция готовит, а не спецназ ГРУ.

Майор и этого высказывания постарался не услышать. Счастливы те, кто умеет не все слышать.

– Я в ОМОНе служу четырнадцать лет. И все четырнадцать лет не только сам с ножом тренируюсь, но и других учу. Потому и берусь, Ратилов, проверить твое умение переносить боль. А кстати, вас учили боль переносить?

– Учили.

– Тоже деревянными ножами?

– Нет. У нас «рукопашка» всегда в полный контакт отрабатывается. Это тоже больно. Только никого не уродует. Ну, разве что нос сломают. Один раз в одну сторону сдвинут, в следующий раз на место поставят.

– Что нос у тебя сломан, вижу. Но не вижу, чтобы он сильно из стороны в сторону гулял.

– А нас еще и защищаться учили.