Тихий остров

— На кандидатуру Фантомаса из ныне здравствующих персон более-менее подходит некто Альберт Юрчук. Из числящихся умершими и пропавшими без вести — все тот же принц датский, — деловито прокомментировал он.

— Да, остальные сейчас на соседних островах и на материке, — согласился Стас, ознакомившись с перечнем. — Они исключаются.

Лев Иванович созвонился с Брыгиным и Рыдаловым, согласовал с ними время выхода на маршрут.

Опера вышли из дома и направились в сторону улицы Мира. Именно там обитала бабуля, видевшая привидение. Благо это было по пути к месту сбора, назначенному у Дома культуры.

Бабуля, назвавшаяся Антониной Дмитриевной, и впрямь смотрелась адекватным, здравомыслящим человеком. Она рассказала, что прошлой ночью, около двенадцати, вышла на улицу, чтобы выяснить, отчего так рассвирепел ее дворовый пес Тарзан. Там старушка чуть не лоб в лоб столкнулась с неким человеком в изодранном мундире японского офицера времен Второй мировой. Вместо лица у него были голые кости. На макушке красовалась офицерская фуражка.

— Я его как увидела, чуть сердце не разорвалось с перепугу, — взволнованно рассказывала женщина, прижимая руки к груди. — В жизни такого ужаса не встречала!..

— А какого он был роста? — поинтересовался Гуров.

Опера узнали, что привидение было заметно ниже Льва, но несколько повыше Стаса, и сразу же засомневались. На японца что-то не похоже. Был бы метр с кепкой, даже офицерской, — другое дело.

— Наш клиент, — сразу же определил Крячко.

Приятели рассудили, что Фантомас устроил маскарад. Он надел японский мундир и маску, чтобы нагнать побольше жути на жителей поселка, и без того встревоженных. С выводами московских гостей полностью согласились Эдуард и Евгений Брыгин. Учитывая ответственность и безотказность краеведа, опера посвятили и его во все нюансы своего расследования.

Этот день оказался очень загруженным и чрезвычайно утомительным. Опера и их спутники вышли на маршрут в десятом часу утра и вернулись в поселок почти в семь вечера.

На сей раз Брыгин повел их чуть более пологой и удобной тропой. Экскурсанты преодолели сопку Голую и оказались у края серного поля. Стас втянул носом едкие ароматы и констатировал, что именно такая атмосфера и должна быть у главных ворот преисподней.

Опера шагали следом за краеведом по каменистой равнине, хрустящей под ногами и сплошь усыпанной кристаллической серой. Даже через толстые подошвы берцев они чувствовали жар глубин. Брыгин пояснил, что снега здесь не бывает никогда, даже в самые сильные морозы.

Путешественники поднялись на другой край долины и направились к сопке Западной. Идти пришлось по пересеченной местности, изобилующей валунами, кустарниками, расщелинами, озерцами неведомой глубины с таинственной темно-синей водой.