Вампирский роман Клары Остерман

Милосерднее было бы позволить тебе умереть.

Я положила свои влажные замёрзшие ладони поверх его разгорячённых запачканных кровью рук. Мы стояли посреди мёртвого лагеря, не отпуская друг друга, и только неразборчивый шёпот, лившийся из путэры нарушал тишину.

– Ты весь в крови… ты такой уродливый, такой отвратительный, – сквозь рыдания проговорила я. – И я тоже. Тоже чудовище. Монстр. Не хочу… не хочу быть такой. Ты… можешь забрать мои воспоминания? – прошептала я, наконец. – Пожалуйста?

– А ты этого по-настоящему хочешь, Клара?

Мы посмотрели друг другу в глаза. Его – серые, яркие, были наполнены болью.

– Ты хочешь забыть всё, что случилось? Чтобы не помнить, на что ты способна? Чтобы снова стать… просто собой?

– Ты прав, – пробормотала я, и из глаза с новой силой полились слёзы. – Если я опять забуду, на какие чудовищные поступки я способна, то просто сорвусь снова, снова убью кого-нибудь. Нет, – я прижалась лицом к его груди, и Тео крепко обнял меня, поглаживая по волосам. – Ты прав, тысячу раз прав. Я должна быть сильной и обязана всё помнить.

И теперь я уже не забуду.

Когда я захлопнула ларец с путэрой внутри, яркий свет, наконец, потух, и лагерь погрузился в рассветные сумерки.

– Нам нужно переодеться, – произнёс мой друг хриплым голосом. – И смыть кровь.

– И уходить, – добавила я в оцепенении. – Нужно найти моего отца.

И понять, что он делал в монастыре, зачем искал путэру, почему поступил так со мной и с Тео. У меня к нему слишком много вопросов.

Вместе с Тео мы отыскали чистую одежду в кибитках (очевидно, многие вещи были крадеными, потому что совсем не подходили фарадалам) и привели себя в порядок. Тео, к счастью, умеет запрягать сани. Мы добрались в Орехово. Оттуда направились в Златоборск. И из него – в Новый Белград.

Путэру я везу с собой. Раз она так нужна отцу, пусть попробует забрать её у меня. Пусть сам найдёт меня.

Не знаю, зачем отец сделал меня такой. Но я не могу позволить ему продолжать создавать новых монстров. Это безумие должно остановиться.

Не могу, не хочу думать, что я совершила.

Когда мы уезжали из лагеря, я оглянулась на груду тел, что остались позади. Тео не стал их сжигать, как сделал это на постоялом дворе.

– Тогда ты хотела всё забыть, – рассудил он. – Ты попросила меня заставить тебя забыть.

– Так это был ты… всё это время.

И когда в усадьбе я видела его одного и сомневалась в своём здравомыслии. И когда пила кровь других людей – каждый раз Тео заставлял меня поверить, что это лишь сон.

– Мы создания твоего отца и потому одной природы, Клара, – пояснил он. – Поэтому способны влиять друг на друга."

"Насколько велико его влияние? Насколько велико моё на него? Я не знаю ответа и, если честно, боюсь узнать.

Но теперь стало многое понятно.