Вампирский роман Клары Остерман

Я и сейчас пишу уже так долго, а не ложусь спать (Вита несколько раз просыпалась и ругала меня за это), потому что просто не получится заснуть, пока не изложу всё это на бумаге. А как, как это всё изложить, когда столько всего произошло?

– Их теперь много в округе, – услышала я голос того, кого назвали Бушей. – С тех пор, как они сбежали от графа.

– Большинство волки загрызли, – возразил другой.

– А кого-то мы спалили, – добавил третий. – Но они… не походили уже на людей.

– Они больше и не были людьми, – произнёс Барон, пристально глядя на меня.

Мы встретились глазами, и я не сдержала своего испуга, отшатнувшись, когда он протянул миску с кашей.

– Поешь, – сказал он, но я так и не осмелилась принять еду из его рук. – Как хочешь, – помедлив, Барон просто поставил миску на бревно рядом со мной, а сам сел напротив. – Итак, Вита, объясни, зачем ты её привела?

– Это случайно вышло, – призналась та, громко жуя.

Пусть я уже не так боюсь фарадалов как прежде и даже признаю за ними некоторую… душевную теплоту, с которой они приняли «это чудовище», как меня называют женщины в таборе, но всё же хорошими манерами они не отличаются.

А между тем лагерь, несмотря на глубокую ночь, просыпался и оживал. Из кибиток один за другим выходили люди. Они собирались вокруг огня, насторожённо наблюдая за мной, точно за диким опасным зверем, которого пустили в человеческое жилище.

Вита делала вид, что вовсе не замечает их любопытства, и продолжала есть. Барон не выдержал и снова напомнил ей:

– Вита, рассказывай!

– Что? Я жду, когда все подойдут, чтобы не повторять одно и то же, – пожала она плечами.

На самом деле, она не начала говорить, пока не доела кашу. Думаю, всё дело в этом. Наконец, вытерев рот тыльной стороной ладони, Вита выпросила всё-таки у Барона пива, сделала пару глотков, и, с наслаждением раскурив кривую деревянную трубку, наконец-то начала:

– Это Клара Остерман, дочь доктора Остермана.

И я снова вздрогнула, когда весь лагерь ахнул, отшатнувшись от меня, как от прокажённой.

– Что? Что это значит? – залепетала я. – Откуда ты знаешь? Почему… почему вы так на меня смотрите?

Чёрные глаза Барона сверкали, как угли в костре, не моргая.

– Твой отец издевался над людьми…

Я не нашла, что на это ответить, не понимая, что они ожидали. Первое, о чём я подумала, это не захотят ли они отыграться на мне, мечтая отомстить отцу.

Но всё оказалось немного иначе.

– Он не чародей, но научился использовать силу путэры, – продолжил Барон.

– Слава богам, он не знал, что она у нас есть, – кивнул Буша.

– Зато об этом узнали Сумеречные Сёстры, – хмыкнула Вита. – Хрен редьки не слаще.

Только тогда, окончательно запутавшись, я наконец заговорила, и голос у меня, вот позор, совсем сломался, запищал, как у цыплёнка.