Оставь меня

Выкрики о том, что Миша ее мужчина и у них огромное будущее, даже не ранят, а вызывают приступ тошноты. Однако ее паника веселит, и говорит о том, что все не так уж и гладко в их королевстве. Зачем любовнице дергать жену, если муж уже не с ней? Она не уверена в своих силах и значимости?

Угрозы, которыми Оля сыпет направо и налево поражают, словно это я разрушила ей жизнь и разбила семью. Воистину, человеческая наглость  не знает границ. Отвечать на бешеные выпады не вижу смысла, я выше этой грязи и припадков. Пусть сами разбираются, на Михаила ни под каким соусом не претендую.

- Ань, возьми выходные, давно тебе говорил, отоспись, полежи в ванной, погуляй с детьми или на природу куда-нибудь на пару дней отправляйся, нужны положительные эмоции. Отключись от негатива. Да и о еде не забывай, совсем исхудала. Никакой мужчина не стоит таких переживаний, - отвечает Филипп, провожая меня к дому.

Было приятно, как он помог мне и вызвался отвезти до дома. Жалостливые взгляды коллег и шушукающихся подчиненных не приносят мне сил, неприятно видеть, какими глазами они на меня смотрят. Есть и те, кто откровенно злорадствует, еще бы, бросили и унизили жену пусть и бывшего, но управляющего.

- Спасибо, возможно, ты и прав, уеду на пару дней в загородный дом, детям тоже полезен свежий воздух, - соглашаюсь.

- Могу вас отвезти, мне только в радость, - вызывается помочь.

- Не стоит, люди и так поговаривают о нашем романе. Считают,  ты специально разорил Мишу, чтобы быть рядом, - с горечью улыбаюсь."

"- Ты, безусловно, стоишь любых подвигов и свершений, а также разорений, однако Михаил справился сам. Не я, так другой человек выкупил бы его дело. Говорить могут что угодно, меня вообще не волнует постороннее мнение, все о себе знаю. Ань, ты прекрасно осведомлена, как я к тебе отношусь, а я  - как тебе плохо, поэтому не настаиваю и не давлю, но обычная человеческая помощь — это совсем другая история, поэтому обращайся в любой момент и наплюй на мнение тех, кому лишь бы потрепаться.

- Спасибо, - поворачиваюсь к Филиппу и смотрю в глаза.

Его умение поддержать подкупает, а еще выдержка и спокойствие, он не дергает меня, не наседает, хотя я прекрасно понимаю, что испытывает симпатию и мог бы показательно или назло Мише устроить феерию из цветов и по-настоящему мужских ухаживаний. Не соревнуется и не выпячивает себя. Это достойно уважения.

Мы прощаемся, и я поднимаюсь наверх, снимаю обувь и сажусь без сил на пуф. Сколько должно пройти времени, перед тем, когда хоть немного станет легче?

Из мыслей вырывает звонок в дверь. По инерции открываю, скорее всего,  Филипп что-то забыл сказать. Дергаю дверь и вижу на пороге ЕГО. Сердце бешено колотится. Еще немного и ощущение, снова рухну.

- Что ты тут делаешь? – давлю из себя возмущенно.