Остаться друзьями

— Милка… — прохрипел он, ошарашенно глядя на меня, — я, бл@дь, не верю, что это происходит…

— Скажи, что это не сон, любимая…

Дотянувшись до моего соска, он, не прерывая со мной взгляда, вобрал его в рот и, немного оттянув, выпустил его с громким пошлым звуком.

— Боже… — запрокинула голову назад, едва ли не вставая на мостик.

Не выходя из меня, сел на корточки и, обхватив руками, поднял мое тело, усаживая на свои колени.

Теперь наши глаза оказались на одном уровне. Обняв за шею, я прижалась губами к его лицу.

Да. Это то самое. Истинное.

Либо оно, либо ничего… Я так решила…

Вцепившись обеими руками, Ник принялся с остервенением насаживать меня на себя, каждым толчком вырывая мой полукрик — полустон.

Он брал меня с каким-то жадным отчаянием, с немой мольбой в глазах. Словно боялся, что я сейчас исчезну, утеку, как вода сквозь пальцы.

Напряжение в месте соединения наших тел нарастало с каждым движением. Я даже не удивилась. Знала, что кончу снова. С ним иначе и быть не могло.

— Ник, я все… уже сейчас…

Закинув голову, я закричала и почувствовала, как с громким рыком Ник впился мне в шею и, содрогаясь, начал в меня изливаться.

Спустя пару минут, немного отдышавшись, обессиленные, мы упали на смятые простыни.

Словно опасаясь, что я убегу, Ник тут же подмял меня под себя.

— Мила, о чем ты думаешь?

— Ты даже не представляешь, сколько всего в моей голове… — тяжело сглотнув, произнесла я.

— Мы со всем справимся… вместе, — прижался губами к моему виску, — я буду рядом…

Молча, я размышляла. Нужна ли мне была его помощь? Я могла бы малодушно спрятаться за его спину, позволив ему решить все мои проблемы. Но… Майкл… он не заслужил этого…

Только что я разбила его сердце. Поступила так же, как когда — то Ник со мной.

За этот поступок я намерена была отвечать единолично.

— Я сам поговорю с ним.

— Нет! Ты тут ни при чем, Ник! Это только между нами.

— Мила, посмотри на меня, — обхватив мое лицо рукой, заставил посмотреть в глаза, — никаких «между вами» уже нет. Я закрою тебя в квартире и не выпущу, пока сам с ним не разберусь!

— Закроешь в квартире? — горько усмехнулась я, — однажды, когда я скреблась в твою дверь, ты даже не вышел ко мне, Никита, а теперь не хочешь выпускать?!

Лицо его болезненно дернулось, а тело ощутимо напряглось.

— Я готов выслушивать твои упреки до конца своих дней при условии, что ты будешь рядом.

Я затрясла головой, чувствуя, как в носу защипало.

— Да, любимая… Да… — поймал губами первую слезинку, — мы будем вместе, и тебе придется научиться доверять мне. Я не позволю тебе совершить ошибку, которую три года назад совершил я.