Останься единственным

Оно тоже как сумасшедшее, сорвавшееся с цепи после нескольких месяцев заточения.

– Не сдерживайся, – не прошу, а требую.

Кирилл поддается, потому как сам этого хочет. Набрасывается на меня, как хищник на долгожданную добычу. Целует голодно, страстно, влажно. Покоряет меня, наполняет своим невероятным вкусом и запахом. Я с готовностью отвечаю тем же. Цепляюсь руками за его рубашку, притягиваю ближе, а затем и вовсе тяну ткань в разные стороны.

– Тише, – шепчет Кирилл, отстраняясь, чтобы рывком разорвать рубашку и сбросить ее за пару секунд.

Мое влюбленное сердце от этого жеста из груди выпрыгнуть готово. Он меня хочет. Его нетерпение отражается в резких быстрых движениях и горящем от возбуждения взгляде. Непроизвольно толкаюсь бедрами вперед и тут же замираю, чувствуя, как в мою промежность утыкается эрегированный член. Взгляд Багрова темнеет, а с его губ срывается шумный потяжелевший выдох.

– Снимай! – почти командую, хватаясь за пряжку ремня."

"Хочу, чтобы он тоже был голым. Я-то давно без одежды, даже белье стащила, когда ложилась спать, а вот Кирилл полностью укомплектован, и мне это не нравится. Хочу контактировать с ним кожа к коже, ласкать его оголенное тело и чувствовать его жар.

Кивнув, Кирилл стаскивает с себя брюки. Я моргнуть не успеваю, как он оказывается передо мной абсолютно обнаженным. Сглатываю, когда вижу перед глазами вздыбленный член. Губу закусываю, когда снова нависает сверху, а затем, не давая ни мгновения передышки, толкается горячей головкой мне в промежность. Размазывает там мои соки и сдавленно выдыхает. Нас словно током ударяет – разряд по всему телу проносится, в каждую клеточку просачивается.

Его ответная реакция расползается по телу, и я прекращаю себя контролировать. Дрожу всем телом, едва не хнычу в ожидании, которое кажется мне вечностью. Господи, конца этому нет. Кажется, что сердце разорвется от этих чувств. Особенно, когда в его взгляде улавливаю такой водоворот эмоций, что меня им буквально смывает. Желание, нежность, безумие… Полностью зеркалит вихрь моих эмоций.

Задыхаюсь, когда Кирилл снова припадает к моим губам и вместе с тем толкается бедрами навстречу. Искрю под ним и неистово отвечаю, плавлюсь, добровольно сдаваясь к нему в плен, царапая ногтями кожу на его спине, обхватывая ягодицы. Господи, как он меня целует… Я пьянею, стоит его губам коснуться моих, а языку получить власть во влажной глубине моего рта. Я же… капитулирую сразу, как он проникает. Отвечаю неистово, дарю ему всю ласку и любовь, на которые способна. Попросту не могу иначе, не умею.

Соприкоснувшись кожа к коже, чувствую, как нас закорачивает[1].