Останься единственным

Тогда я даже обрадовалась, что папа звонит, подняла трубку и на ужин согласилась. И только вечером узнала о контракте, а затем позвонила отцу и, сославшись на плохое самочувствие, отказалась от ужина. В таком режиме прошел еще месяц. Папа продолжает звонить, а я отказываю, ссылаясь на занятость.

– Мои родители, между прочим, ждут нас на ужин.

Кирилл пытается сменить тему, но когда мой телефон разрывается входящим звонком, эта попытка сходит на нет.

– Не отвечай.

Но я, конечно же, беру трубку.

– Кира? – вместо голоса отца слышу обеспокоенный мамин.

– Что-то случилось? С папой? – тут же спохватилась, ведь звонит мама с телефона отца."

"– Все в порядке, я просто… может, вы приедете? Мы так соскучились. Доченька, столько тебя не видели!

Кирилл мотает головой, и я импровизирую.

– Кирилл не сможет приехать, – кладу ладонь мужу на губы, чтобы призвать его молчать. – Но я с радостью!

В трубке повисает пауза. Я хмурюсь и смотрю на дисплей, замечая, как летят секунды. Значит, звонок еще не прервался.

– Мам?

– Да, да, Кирюш… наверное, в другой раз. С Кириллом вместе приезжайте. Что ты будешь одна ехать к нам? Уже поздно и…

– Ладно, мам, – выдыхаю. – Я перезвоню, хорошо? У меня тут… дела.

Прощание выходит скомканным. Я быстро отключаюсь и поднимаюсь, покидая теплые объятия Кирилла. Пытаюсь сделать вид, что меня совсем не задели слова матери, стараюсь выглядеть непринужденно, но у меня не получается. Кирилл замечает. Тянет меня к себе на руки снова и обнимает, крепко прижимая к сильному телу. Не знаю, что меня так впечатляет, но я внезапно начинаю говорить и плакать.

– Почему они так? За что… я не понимаю.

Слезы льются рекой, взгляд затуманился. Мне стыдно за свои эмоции, я понимаю, что пришла к подругам и по факту даже не увиделась с ними. А теперь еще и слезы…

– Ну все…

Кирилл бережно вытирает мои мокрые щеки. Терпеливо ждет, пока я поплачу и успокоюсь, а затем говорит:

– У тебя есть я, ты ведь помнишь? Совсем скоро нас будет трое. Какой смысл расстраиваться из-за тех, кто этого недостоин?

Цепляюсь за эти слова, как за спасительную соломинку. Утираю слезы, встаю с его колен. За время отсутствия у девочек забыла, где находится ванная, но за пару секунд вспоминаю и направляюсь туда. Умываюсь и привожу себя в порядок как раз тогда, когда слышу голоса подруг в коридоре.

– Проснулась уже, соня? – спрашивает Нинка. – И куда делась?

Бросаю взгляд в зеркало. Видно, что плакала, но, чтобы скрыть следы слез, надо простоять здесь минут двадцать. Боюсь, ни подруги, ни Кирилл мне такой привилегии не дадут.

Решительно толкнув дверь, выхожу к девчонкам. Они, конечно, видят мои покрасневшие глаза, но никак не комментируют. Обнимают по очереди, журят за то, что я так долго не приезжала.