Останься единственным

Не хочу думать о том, что это может быть неправдой, что я себе лишь рисую ту любовь, которую он ко мне испытывает.

– Кира, – вырывает меня из мира грез.

– Да, – фокусирую взгляд на Кирилле и тут же ежусь.

Он выглядит серьезным, сосредоточенным и совсем не таким, каким был какую-то минуту назад.

– Я хочу задать тебе вопрос."

"Сглатываю. Вижу, что случилось что-то серьезное, и жду, что Кирилл расскажет, в чем же дело.

– Ты знаешь, что владеешь наибольшим количеством акций компании твоего отца?

– Д-да-а-а, – выдаю растерянно.

Разговора о работе я ожидала в самую последнюю очередь. Почему-то думала, что, исходя из последних новостей, говорить мы будем о Лиде и Роме, но Кирилл и тут меня удивляет.

– Ты знаешь, что наши компании сотрудничают? Твой отец поставляет мне оборудование.

– Знаю, конечно. Не понимаю, к чему ты клонишь.

– Перед отъездом был подписан документ, который полностью прекратил поставки оборудования для моей компании. Строительство почти всех объектов встало, мы не можем обеспечить сотрудников работой и зарплатой. Ты имеешь к этому отношение? На этом документе стоит твоя подпись.

Я задыхаюсь. Захлебываюсь резкой горечью, которая комом встает поперек горла. Поверить не могу, что после всех моих слов… после всего, что мы пережили, Кирилл об этом спрашивает. Неужели даже не допускал мысли, что я не виновата? Я поставила подпись, не глядя. Всегда так делала, потому что отец просил. У меня никогда не было причин не доверять ему.

– С чем была связана остановка поставок? – говорю охрипшим голосом. – Почему отец решил все прекратить?

– Я думал, ты мне скажешь.

Мотаю головой. Зажмуриваюсь. Надеюсь, что проснусь. Пожалуйста, пусть происходящее окажется сном, и я проснусь.

– Если на документе стоит моя подпись – значит, я его подписала.

Вижу разочарование в его взгляде и отворачиваю голову в сторону. Прячу глаза, в которых скопились слезы.

– То есть ты знала, что подписываешь…

– Повтори.

– Ты знала, что подписываешь!

Не вопрос… я думала, мне послышалось. Надеялась, что я просто не уловила вопросительных интонаций в его голосе, но он не спрашивает. Утверждает.

– Знала, Кирилл, – киваю. – Конечно, я знала, что подписываю.

– Врешь, – утверждает. – Нихрена ты не знала!

– Тогда зачем спрашиваешь?! – выкрикиваю, ощущая, как из глаз брызжут слезы. – Ты разве не видишь? Не видишь, что я к тебе чувствую? Или ты издеваешься? Специально, что ли? Нравится выводить меня на эмоции?!

Я подрываюсь с кровати. Предстаю перед Кириллом абсолютно голой. Он, конечно, смотрит. Внимательно по телу проходится взглядом и останавливается на лице.

– Бесчувственный! – рявкаю, бросаясь на него с кулаками. Ударяю его по предплечьям, пока он не перехватывает мои запястья. – Как ты мог такое спросить?! – возмущаюсь.