Останься моей

Она же сейчас уйдет?

Лидия Вячеславовна с минуту рассматривает мое лицо, затем подходит, щеку целует.

— Все у вас хорошо будет. Спасибо тебе за детей! В том числе и за самого старшего. — улыбается. — Я никогда Андрюшу таким счастливым и домашним не видела…

Ее слова медом разливаются во мне. И это ее «Андрюша»… Мило так…

Я провожаю Лидию Вячеславовну и поднимаюсь в спальню.

Андрей лежит на кровати. Телевизор транслирует какой-то фильм. По серым оттенкам на экране и гнетущей атмосферной музыке понимаю, что какой-то триллер. Мой муж спит. Круть! Пишу ему сообщение, что уложила детей спать и ушла в ванну делать процедуры. Он как никто другой знает, что это у меня может затянуться на добрых полтора часа…

Быстро сбегаю по лестнице и выхожу во двор.

Кир уже у ворот. Супер пунктуальный чел.

— У! Блонди, в этих шортиках тебе будет не очень удобно… Тебе лучше надеть что-то по длиньше… — детские глазки сужаются в насмешливый прищур.

— По длиннее, двоечник! Правильно говорить по длиннее! — обнимаю себя и ладонями растираю предплечье.

Не смотря на жаркую погоду днем, вечера уже становятся прохладными.

— Короче, Блонди, беги переодевайся. Мы не на дискотеку идем, а на кладбище… — Кирилл с вызовом смотрит на меня. Реакции моей ждет.

Меня прибивает удивлением. Куда-куда мы идем?

— Ты в своем уме, парень? — шепчу. — Какое кладбище ночью?

Кирилл ухмыляется и поправляет рюкзак.

— То самое, куда людей закапывают после смерти…

Оу! Какой он грубый. Кого-то мне этот мелкий нахал напоминает…

— Что за висельный юмор? Ходить ночью по кладбищу не безопасно. Это неуважение к покойникам и… Там могут ошиваться не очень хорошие люди.

Я звучу уверенно. Знаю, что все, что я говорю- это истина. Но выражение лица почти семилетнего мальчика заставляют мой голос дернуться на последних словах.

— Я так и знал… Трусиха! — знакомая ухмылка тянет маленький рот. Боже, ну не бывает так… Вот сейчас передо мной маленький Андрей, который бросает мне вызов. А я знаю, что кому-кому, а Громовым я в бою не уступаю!

Но вдруг мальчик становится серьезным.

— Я там часы дорогие потерял… Мамин подарок. — глаза опускает и кроссовки свои рассматривает. — Мне не к кому больше обратиться.

Я удивленно всматриваюсь в лицо мальчика.

— Обязательно это делать ночью? С похорон две недели уже прошло… — пожимаю плечами.

— Я сегодня их потерял… — черные глаза впиваются в мое лицо.

Кирилл не оставляет мне шанса. Он словно молча кричит о помощи. Я знаю, что он просто не смог бы меня нормально попросить. Поэтому вот так по-дурацки со всеми его «Блонди», «трусиха»…

— Через пять минут приду. Готовь свои нервишки и сделай физкульт разминку, потому что удирать ты оттуда будешь сверкая своими мелкими пятками.