Остановите музыку

— Ну, если мы оба не в себе, значит, друг другу подходим.

Нина отодвинулась, но продолжала держать его за руку.

— Костя.

Шохин взял ее за подбородок, заставил встретиться с ним взглядом.

— Нина, пусть все идет своим чередом. Ты знаешь, что меня в этой жизни мало что смущает и беспокоит, уж точно не чужое мнение. Мне важно, что я знаю и что думаю, и я никогда не считал тебя… — Он замолк, опасаясь, что их услышат. — Для меня ты — та девочка, которую я когда-то увидел на региональном чемпионате по латинским танцам. Видишь, я даже запомнил, как это называлось правильно.

Нина печально улыбнулась."

"— Нам с тобой хорошо вместе, и это самое важное, — продолжил он после паузы. — Ты женщина, которую я хочу видеть рядом с собой, которую люблю. — В этом месте Костя едва заметно запнулся, что вызвало у Нины понимающую усмешку. Он тут же ее одернул. — Не смейся, я серьезно. Поэтому и прошу, не позволяй никому в этом усомниться и сама не сомневайся. Со мной непросто жить, кому знать, как не тебе, но когда ты рядом, мне легче дышать. И я знаю, чего хочу, и понимаю, к чему ведут такие отношения. Только давай не будем кому-то что-то доказывать? Пусть все идет своим чередом.

Нине потребовалась вся сила воли, чтобы сохранить хотя бы видимость спокойствия. Шохин говорил о невероятных вещах, и даже сам держал ее за руку, правда, едва заметно морщился, видимо, все-таки смущенный подобным поворотом выяснения их отношений.

— А то, что ты говоришь, по поводу кто и что думает: ты сама должна помнить кто ты, чего ты хочешь, и чего я жду от тебя. Все остальное неважно. Тем более, мнение кого-то, с кем я спал.

Нина упрямо смотрела в окно, а не на Костю. А после его последних слов заметила, не удержалась:

— Я уверена, что это Смирнова постаралась. Она твою жену разыскала и доложила. Мне назло.

— Ты хочешь, чтобы я выяснил? Я выясню.

Она вздохнула.

— Ты только сейчас это говоришь. А потом скажешь, что это неважно.

— Это, на самом деле, неважно, но если ты хочешь, если тебя это беспокоит…

— Пусть она от тебя отстанет, вот что меня беспокоит!

— Что я могу сказать в свое оправдание? Я нравлюсь женщинам.

Нина устремила на него возмущенный взгляд, а Шохин руками развел.

— Что? Тебе же я нравлюсь?

— Это не повод для шуток.

— Малыш, ты меня прощаешь?

Она разгладила юбку на коленях.

— Когда ты с ней разведешься?

— В ближайшее время. Я не знаю, сколько это займет, поэтому обещать ничего не буду. Две недели, месяц… Я уже с ней развожусь. Все зависит оттого, как быстро мы договоримся, и когда будут подписаны все бумаги.

Нина посмотрела на него, и Костя с пониманием кивнул и пояснил:

— Виноградники во Франции. Безумные деньги: и потраченные, и вложенные и будущий доход.

— Виноградники? В смысле, для вина?

— Ну, а в чем еще Жанка спец? — Шохин усмехнулся.