А в остальном, прекрасная маркиза…

Они ждут этого светлого события и пока скучают в моем, Оли и Люды обществе, которые только и говорят про своих драгоценных и ненаглядных внучиков. Событием, достойным обсуждения нам, бабушкам, кажется проблема срыгивания после кормления. Особенности стула младенца мы можем обсуждать часами. Небабушки посматривают на часы, начинают зевать и понимают, что на умные разговоры про новые книги и спектакли, как и на неумные, но очень интересные сплетни времени не остается.

Бабушку в процессе описания поразительных достоинств ее сокровища остановить могут только форсмажорные обстоятельства – взрыв, пожар, повсеместное отключение электричества, громкий храп слушателей. Но и тогда бабушка, блуждая по квартире со свечкой, доскажет, как гениальный внук перепутал горшок с напольной вазой. Бабушка разбудит уснувшего собеседника:"

"– Я не дорассказала! Кончилось тем, что малышка съела-таки соленый огурец! При отсутствии зубов! Может, у нее проблемы с надпочечниками? У тебя есть знакомый детский эндокринолог? А у знакомых твоих знакомых?

Попутно замечу, что дедушки тоже имеются, все в комплекте. Но дедушки говорят про внуков неразвернуто и нетворчески.

Примерно так. Сидят за рюмкой чая. Лица блаженные. Поскольку гримасы новые, годами не отшлифованные, то смотрятся дедушки несколько странно. Я бы даже сказала (не для передачи) – придурочно.

– Как твой внук? – спрашивает один.

– Оглоед! – улыбается второй дедушка. – А твоя внучка?

– Ползает. Уже до кухни доползает, – отвечает первый дедушка. И толкает третьего. – Твоему-то сколько исполнилось? Больше года?

– Сейчас… третье сентября, октября, ноября, декабря, января, – загибает пальцы тот, – год и четыре. – Наш человек. Машинки любит.

Далее сам по себе напрашивается повод выпить за внуков. И возобновляется диспут о внутренней и внешней политике.

В соседней комнате, скрывшись от накормленных и нестраждущих десерта дедушек, мы наперебой делимся информацией, которая прет из нас как воздух из проколотого шарика. Поскольку знаем, что «форсмажор не остановит», то выбираем тактику вклинивания в монолог подруги. Только она наберет воздух для нового захода, нужно воскликнуть: «А мой!..» или: «А моя!..».

– А мой Кирюшенька! – Я захватываю лидерство. – Представляете! Спрашиваем его: «Кто у нас самый дорогой и любимый?» – и он ручку поднимает.

Рассчитывала на паузу – восхищения сообразительностью моего годовалого внука. Пауза длилась полторы секунды. Но я-то хотела еще сказать! Если Кирюху спросить: «Кто изобрел синхрофазотрон?», или «Кто станет президентом России?», или: «Кто в космос полетит?» – то Кирилл тоже вскинет руку. Он реагирует на «Кто…?» независимо от последующего текста.

Право слова завоевано Людой.