Курьер по особым поручениям

Эд поднялся ему навстречу, мне же тоже искренне захотелось встать и сказать, что очень даже дождусь и извиниться за беспокойство, но тут отец Эдриана наконец заметил и разглядел меня в тусклом ночном освещении.

И неторопливо вышедший к нам седой мужчина в очках резко споткнулся.

– Аманда? – неверяще спросил он.

– Отец, это Лара, моя жена. – Эдриан встал так, чтобы в любой момент загородить меня широкой спиной от отцовского гнева."

"Но гнева не последовало, скорее замешательство.

Мужчина пару раз моргнул, беря себя в руки.

– Простите, Лара, – неожиданно сипло извинился он, его акцент в виларском стал заметнее, чем в первых фразах, как бывает при волнении. – Вы мне очень кое-кого напомнили.

– Ничего, – выдавила улыбку я, приподнимаясь на здоровом правом локте, дабы не выглядеть совсем уж жалко.

Спрашивать, кого именно, я не собиралась. О матери, помимо того, что она фактически «продала» меня отцу, мне было известно лишь одно. Ее имя. Ну и сегодня выяснилось, что она тоже побывала с какой-то просьбой у вампиров.

Эдриан подозрительно перевел взгляд с меня на отца и обратно, но неуместных сейчас вопросов задавать не стал.

– Так, – свекор собрался и окинул профессиональным взглядом мою руку. – Кажется, я вижу цель визита. Эд, перенеси свою жену в мой рабочий кабинет на кушетку.

Его деловой тон понравился мне куда больше. Сразу захотелось возразить, что я дойду сама, но Эдриан мне такого шанса давать не собирался, подняв на руки и перенеся в глубь дома.

– Сможешь сама снять платье? – шепотом спросил он.

Правая рука у меня оставалась вполне рабочей, так что я кивнула, возможно, слишком резко и поспешно. Перед глазами вновь все поплыло, но я проморгалась, вернув четкость зрению.

Дверь в кабинет в этот момент чуть щелкнула – Эдриан вышел, – а его отец несколько недоуменно покосился ему вслед, но комментировать уход сына не стал. Да, со стороны муж, оставляющий свою жену в такой момент, выглядит странно, согласна.

Я кое-как стянула с себя платье, с грустью отметив, что оно в куда более плачевном состоянии, чем мне бы хотелось. Порван был не только рукав, но и подол, который, видимо, дернула одна из тварей. Про неравномерный, но очень заметный на свету слой разносортной грязи и говорить нечего.

– Кто тебя так? – поразился свекор, а я только теперь поняла, что не знаю его имени.

Спросить? Или попробовать обойтись нейтральным обращением на вы?

Он еще не коснулся меня, а по руке уже пробежался приятный обезболивающий холодок, возвращая способность мыслить здраво и думать о чем-то, кроме боли.

– Упыри. Наверное. – Точно утверждать не бралась.

Я подняла глаза, наткнувшись на удивленный и недоверчивый взгляд карих глаз. Совсем как у Эдриана. Они определенно похожи, хотя его отец был уже немолод.