Особый случай

Но ты мне нравишься рыжей. Спросим у Рэма травок, может, придумает, чем изменить оттенок. Сделать его хотя бы вишневым.

В дверь постучали, и громогласный голос тролля известил:

– Я, конечно, все понимаю, но морить голодом девочку не позволю! Я захожу.

От пинка ноги дверь с шумом распахнулась, и кок, с вызовом задрав подбородок, решительно зашел в каюту с подносом в руках."

"Я ойкнула, не зная, куда деваться от смущения. Сижу на постели, а Рейн развалился полуголый рядом. Та еще картина.

Но Рэму было все равно. Прошествовав к столу, он поставил поднос, а капитан даже не дернулся, продолжив расслабленно лежать, лишь весело мне пожаловался:

– Никакого почтения.

– Девочку покорми, – не проникся тролль. – Все, ухожу. Отдыхайте.

– Рэм, постой. Дело есть, – задержал его Рейн, а потом сел, обняв колено. – У тебя не найдется травок, чтобы изменить рыжий цвет Арлисы? Нам бы другой оттенок сделать, девочка слишком приметная.

– В черный без проблем, – тут же откликнулся кок.

– Рыжий, – с нажимом произнес Рейн.

– На берег надо.

– Ладно. Решим.

Окинув меня взглядом, тролль предложил:

– На первое время можно повязать голову платком, а накладная черная коса вроде в сундуке валялась.

Я в ужасе уставилась на этих двоих, даже думать страшась, каким образом у них она оказалась. Заметив мою реакцию, Рэм рассмеялся:

– Да не пугайся ты! Это сестра Санни за ним увязалась, желая посмотреть корабль. А потом в его каюте переоделась в мальчика, отрезала волосы и сказала, что остается на борту и будет, как он, юнгой.

Фу-у-ух!

Над моим облегченным вздохом они лишь посмеялись.

Рэм ушел, а мои щеки все еще пылали от смущения. Было стыдно, что я уже в который раз думаю о них хуже, чем они есть на самом деле. Хорошо, что мужчины воспринимали это спокойно, со смехом. Но из-за их добродушия было в десятки раз неудобнее.

– Садись к столу, – произнес Рейн, отодвигая для меня стул. – Если ты не поешь, мне наш кок этого не простит.

Я подошла и села, но вместо того, чтобы отойти, он наклонился ко мне.

– Надеюсь, у тебя не пропал аппетит из-за того, что ты напридумывала себе всяких ужасов, – произнес на ушко он, подтвердив, что все замечает. – Женские волосы привлекают меня исключительно на красивой головке.

Он провел губами по волосам, запечатлев быстрый поцелуй в макушку, и разогнулся, обходя стол.

– Сейчас подкрепимся – и в постель, – подмигнул мне, садясь напротив.

Я задохнулась от такой наглости. Но на мой возмущенный взгляд Рейн лишь усмехнулся:

– Отдыхать, Огонек. Всего лишь отдыхать. О большем даже не проси.

Я говорила, что мне стыдно? К демонам! Я придушу этого мерзавца! Пальцы сжали столовые приборы, представляя их на шее перешедшего все рамки капитана, который продолжал разглагольствовать, наполняя мою тарелку.