Особый талант

И ведь не смущает этих гадов даже то, что он работает в ФСБ! Ну не в милицию же ему, в самом деле, обращаться. Вот смеху-то будет!

Эта пустяковая на первый взгляд проблема занимала его целиком. И ближе к концу дежурства он нашел решение. Если они не понимают человеческого языка, то должны понять звериный. Им нужно сказать так, чтобы они поняли и вняли. И такой человек есть. Замкомандира отряда милиции особого назначения, несколько лет назад организованного при УВД. Здоровенный мужик с пудовыми кулачищами и со зверским лицом, изуродованным оспой, и голосок под стать. Отношения у них со Жданко были приличные, и он не откажет ему в пустяковой просьбе, хотя формально они и принадлежат к разным и к тому же конкурирующим ведомствам.

Майор уже потянулся было к трубке телефона, чтобы позвонить в отряд, когда в дежурку вошел, почти вбежал шифровальщик и положил ему на стол только что полученную и расшифрованную спецтелеграмму. Жданко автоматически поставил время получения, расписался и, вчитываясь в короткий текст, понял, что с соседями сегодня вряд ли чего получится. Как, впрочем, и с застольем.

Заветный номер он все же набрал, но совсем по другому поводу. Через десять минут мощный «Урал» с отапливаемым кунгом северного исполнения выехал из расположения отряда, везя двадцать полностью экипированных бойцов по направлению к аэропорту, где уже полным ходом шла подготовка к неприятной встрече. По дороге его обогнали три легковушки со спецсигналами; начальство наплевало на праздник и спешило к месту предстоящих событий, которые неизвестно, когда начнутся и еще менее известно, когда и чем закончатся.

31 декабря. Борт 017. 14 час. 45 мин

— Так, командир, — сказал Миша, снова нависая над плечом летчика. — Теперь передаешь сообщение следующего содержания: «Потеря топлива усиливается». Ведь она же усиливается, верно? Верно. Значит, мы никого не обманываем.

Выслушав доклад командира на землю, он удовлетворенно кивнул и распорядился:

— А теперь, Гоша, действуй. Нам же с вами, господин начальник, нужно пройти в салон, к пассажирам.

— Что вы собираетесь делать?

— Сначала снять с вас наушники. А уже потом проводить на ваше место. Да не бойтесь вы так…

— Боитесь. И правильно делаете. Любой бы боялся на вашем месте. Только поверьте мне, что мы и в самом деле не собираемся вас убивать. Вы же знаете главное правило общения с террористами на борту? Беспрекословно выполнять все их команды. Вот и следуйте ему.

Командир корабля снял наушники с ларингофоном и с тоской посмотрел на приборную доску перед собой. Его можно было понять.