Поступь Слейпнира: Поступь Слейпнира. Варвар для особых поручений

– Я не настолько беден, чтобы разориться, приняв несколько десятков гостей. Отары моих овец бродят по степи, и я даже не знаю, сколько именно их. Так что мясо и вино вам будут выставлены без счёта, – рассмеялся купец.

– А что ещё нужно мужчине? – рассмеялся в ответ Юрген. – Хорошее вино, вкусное жаркое, красивые женщины. Ради этого мы и живём. К чему копить богатства?

– Чтобы позволить себе хорошее вино, вкусное жаркое и красивых женщин, – в тон ему ответил Ширваз.

– Всё это, друг, воин должен брать своим мечом. Только так и не иначе, – возразил кормчий, от избытка чувств грохнув кулаком по столу.

– Воин – возможно. Но что делать тому, кто не умеет обращаться с оружием, а знает только счёт и письмо? Умеет покупать и продавать? – иронично усмехнулся купец, выразительно похлопав себя по солидному животу."

"– Развязывать кошелёк и молиться, чтобы вас защитили. Вся беда в том, брат, – продолжил Юрген, обращаясь к Вадиму, – что время стали быстро проходит. Ещё немного, и не мы, а они будут править этим миром, диктуя всем, что и как делать. И скажу тебе откровенно, я рад, что не доживу до этих времён.

– Он стал ясновидящим? – растерянно спросил Вадим у капитана.

– Не обращай внимания, брат. Наш кормчий слишком часто задумывается о странных вещах, – отмахнулся Свейн.

– Я не могу согласиться с тобой, друг мой, – между тем отвечал купец. – Что плохого в том, чтобы зарабатывать себе на жизнь, никого не убивая? Без опасности быть убитым самому?

– Воин зарабатывает своим мечом, – упрямо повторил Юрген.

Вадиму было что ответить на слова купца, но даже сквозь хмельной туман он ни на секунду не забывал о тайне своего появления в этом мире. Тронув перса за рукав, он задумался и, собравшись с мыслями, медленно заговорил:

– Вся беда в том, что человеческая жадность не знает границ. Я вполне допускаю мысль, что ты сам хорошо платишь своим работникам и заботишься о них. Но представь, что станет с людьми, когда к власти придут те, кто умеет только делать деньги. Кому плевать на других. Те, для кого центром мироздания будет их кошелёк. Что тогда станет с этим миром?

– Ты рисуешь страшные картины, друг мой, – растерянно ответил купец после недолгого молчания. – Но как ни грустно это сознавать, ты в чем-то прав. Я и сам знаю многих, кто готов за золото продать всё, даже собственных детей. Это страшно признавать, но это правда.

– И какой тогда выход?

– Не знаю, – покачал головой купец.

– Вот и я не знаю, – вздохнул Вадим и неожиданно для самого себя подумал: «Напьюсь. Вот сегодня я точно напьюсь до синих чертей».

Подав слуге знак наполнить бокал, он залпом осушил его и, требовательно протянув слуге, мрачно спросил:

– А покрепче у вас ничего нет?

– Это самое крепкое вино, господин, – растерялся слуга.