Поступь Слейпнира: Поступь Слейпнира. Варвар для особых поручений

Задумчиво кивнув, таможенник вернулся на корму и, вздохнув, задал очередной вопрос:

– Что за рабы? Откуда? Здоровы?

– Рабы клеймёные, мои должники, все здоровы. Это ромеи, – усмехнулся Свейн, увидев, как полыхнули радостью глаза таможенника.

– Куда собираешься их продать? – с явным интересом спросил толстяк.

– Ещё не решил. Им всем вырезали языки, так что их можно использовать и на работах по дому, и в термах.

– Лучше бы ты их кастрировал. Тогда их с удовольствием купили бы для сералей.

– Ну, это никогда сделать не поздно, – рассмеялся капитан.

– Проклятье! Ромеи! Выгодный товар, – заметил таможенник, потирая руки."

"– Чем они тебе так не угодили? – не удержался Свейн.

– Есть причины, – моментально скривившись, ответил толстяк.

– Ладно. Дело твоё, – пожал плечами Свейн. – Так мы можем пристать?

– Сейчас парни осмотрят корабль, и пристанете, – кивнул таможенник и отправился на свой корабль.

По его команде четверо солдат перебрались на палубу драккара и принялись внимательно осматривать его, заглядывая даже под гребные банки. Вадим с интересом наблюдал за их действиями, оценивая их с профессиональной точки зрения. Тем временем купеческую барку уже трясли так, что из трюма летели рулоны ткани и слышались горестные вопли купца.

Дождавшись, когда команда таможенников покинет драккар, Свейн подал команду, и воины навалились на вёсла. Подведя корабль к пирсу, северяне ловко пришвартовались и, переглянувшись, дружно уставились на капитана.

Бросив задумчивый взгляд на горизонт, Свейн покрутил ус и объявил:

– До утра отдыхаем, а завтра, после уплаты всех пошлин, отправимся в город.

Воины молча приняли его решение, отлично понимая, что находятся не в родном фьорде, а в чужом городе. Сняв кольчугу, Вадим расстелил на банке волчью шкуру и, завернувшись в плащ, устроился спать. Старая солдатская пословица «Солдат спит, а службы идёт» была актуальна во все времена. К тому же ему не мешало привести мысли в порядок. Уставившись невидящим взглядом в вечернее небо, он вздохнул и принялся вспоминать.

Вспоминал годы, проведённые в училище. Обучение в спецшколе, куда допускали одного из тысячи. Друзей, живых и погибших, командиров, страны, где успел побывать. В общем, всё то, чем жил все свои двадцать восемь лет. Но вскоре его мысли свернули в уже привычное русло. К тому, каким образом он до такой жизни докатился.

* * *Налунга и сама не знала, в какую сторону ей лучше направиться. Добравшись до побережья, она задумалась, что делать дальше. Больше всего ей хотелось вернуться обратно, в тот привычный и такой знакомый мир, но это было невозможно. Опальная королева отлично знала, что, едва появится во дворце, тут же будет схвачена и посажена в яму.