Особые полномочия на любовь

По тому, как он тогда встал между нами у крыльца управления, всё уже было ясно. И по её покорности в тот момент.

И я его ненавижу. Не может он не понимать, что взял чужое. Насильно. Пусть не физически. И видеть его не могу. И влезть права не имею. Это её решение. У неё свои задачи. И если я их, как мужик, решить не могу, то и права влиять на её решения не имею. Но я попробую — решить.

Касаемся перчатками.

— В полсилы, на полной скорости. Бой!

Отскакиваем назад, чтобы тут же рвануть в атаку.

— Шлемы, Зольников! — слышу я откуда-то снизу.

Но нам уже похрен на шлемы. Всё, что мы теперь не можем позволить себе в постели, между нами случается на ринге. Не выплеснутая страсть превращается в агрессию. И мы ломаем друг друга жёстко, до искр в глазах и нокдаунов.

Её распущенные волосы развеваются от каждого рывка. Ловлю момент и сбиваю её с ног. И мы продолжаем в горизонтальной плоскости. Меня заряжает от её близости и моих не реализованных эмоций. Чувствую себя терминатором, как на стимуляторах. И выматываю её, пока она не подставляется под удушающий. Распяв под собой, давлю предплечьем на сонную артерию, в неадеквате рыча ей в губы.

— Капитан! — рявкает Терёхин. — Брейк! Озверели…

Но я только сильнее придушиваю. Её тело обмякает, слышу два вялых шлепка по полу ринга.

Отпускаю… Тяжело дыша и ничего ещё не соображая, прижимаюсь губами к её разбитой. Разбитой ещё вчера и сегодня опять.

Чувствую вкус её крови и сорванное дыхание.

Мы не целуемся… Съезжаю лицом на её шею. Мне хочется выть… Чужая женщина.

Её пальцы скользят по моим волосам.

— Прости… мой мальчик.

— Прощаю.

Скатываюсь. И мы лежим рядом, глядя в потолок, касаясь пальцами и тяжело дыша.

— Зольников.

Это не Терёхин. Это полкан…

Сажусь рывком. Встречаемся взглядами.

— С инструктажа снят.

— За что?

— За жесть. Выговор без занесения. На завтра отстраняю. Приди в себя! — со сдавленной яростью.

Я улавливаю её. Диляра, вероятно, тоже. Остальные — вряд ли.

— Владо…

Диляра поднимается на ноги. Снимает перчатку, виновато проведя рукой по влажным волосам, перекладывает их на одну сторону. Облизывает с губы кровь.

— Зачёт засчитан. Зайди…

— Есть…

Глава 36

Отсроченный приговор

ВикторВ груди пульсирует горячим отвратительным ощущением.

Это что, блять, было вообще?…

Словно смотрю слайд-шоу. Отдельными кадрами: их соприкасающиеся пальцы, её ласковое скольжение ими по его затылку, касание губ…

Такое ощущение, что наблюдал за чужим сексом!

Меня душит ревностью.

Мне даже не жаль её разбитых губ. Хотя племянник совсем без башки! Разве можно женщину так жёстко? Тем более, такую?

По дороге в кабинет нагоняет Сергей.

— Товарищ полковник… — протягивает папку.

— Собрал?

— Всё, что могли. Даже сам в детский дом ездил. Нашёл заведующую, которая девочек принимала.