Особое зелье

Так что, Тумус? Будешь палачом?

— Сволочи… Уроды…

Тумус огляделся по сторонам, но всюду его встречал голодный до зрелищ взгляд толпы. Он затравленно оглядывался и понимал, что пощады не будет. И, осознав это, Тумус, наконец, сдался:

— Согласен…

— Так пусть состоится казнь! — приказал Игорь.

Суд завершён. Наказание назначено.

Узел Пустырь снова открыт.

Палач обязан привести приговор в исполнение.

Палачом назначен Тумус из семьи Оснори.

Игорь смотрел, как бледнеет пуще прежнего Тумус, но молчал. Вчера, когда он обсуждал вопрос со спутниками, Эрин рассказал, что палачи, назначенные Упорядоченным, не такая уж и редкость. И штраф за убийство они получают уменьшенный, по сравнению с убийцами.

Вот только радости в том, чтобы быть палачом — всё равно мало. Потому что палачу выдаётся задание, которое принуждает его привести приговор в исполнение. А в случае отказа штрафы обычно такие, что проще убить кого-нибудь.

В общем, теперь шансов отвертеться у Тумуса не было. Вот только на этом Упорядоченное не считало работу Игоря законченной. Караван Пра-ска уже снова пришёл в движение, а статус судьи ещё не был снят.

Вздохнув, Игорь поднял руку, чтобы привлечь внимание, а когда наступила тишина, наконец-то нанёс завершающий штрих:

— Способ казни, как судья, оставляю на усмотрение жителей узла! Вам, Умаян, виднее, как тут принято преступников казнить… Суд окончен!

В тот же момент официальный статус с него был снят. Возница, нанятый Оасаном, радостно хлопнул вожжами, и телега быстро двинулась к монументу.

Конечно, изначально был риск, что правители узла захотят отомстить, едва с Игоря снимется статус… Но теперь они были очень заняты, выбирая способ казни, и это давало время на то, чтобы спокойно покинуть Пустырь.

И всё же, уезжая под крики беснующейся толпы, со сходящим с ума «ощущением мерзости», Игорь не чувствовал себя спокойным. Да, многие здесь по-прежнему желали зла и ему, и его спутникам. Но реализовать это желание никто уже не успел…

Мир мигнул, и караван устремился к Туманной дороге по широкой красной ленте. Она напоминала стекло — такая же гладкая и твёрдая. Однако, на удивление, никто на этой ленте не поскальзывался. Игорю даже стало интересно, у кого это в караване такой интересный способ строить мосты между узлом и каменными островами. Но этот его вопрос так и остался без ответа.

Телега мягко качалась из стороны в сторону, убаюкивая сидящих в ней людей. Но все они держались, и даже Вера старалась носом не клевать. Заметив это, Оасан усмехнулся и спросил:

— Не доверяете?

— А вы-таки, уважаемый, стали сразу им доверять? — подавляя мощный зевок, уточнил Муся.

— Нет, конечно! — отмахнулся торговец. — Я вообще теперь до конца никому не поверю.