Особое мясо

«Вы не видели дикого выражения на их лицах».

«Видел. Но они будут уставшие и сытые. Хотя я согласен, что сейчас неплохо иметь вооруженный персонал».

«Хорошо. Я верю, что это сработает».

Он ничего не говорит, просто пожимает Кригу руку и говорит, что идет домой. Криг говорит, что все в порядке, что ему точно пора домой, и извиняется за то, что позвонил ему в такое время.

Отъезжая от завода, он снова видит разрушенный грузовик, синие огни приближающихся полицейских машин, кровь на асфальте.

Он хочет пожалеть мусорщиков и сочувствует судьбе Луисито, но ничего не чувствует.

Он возвращается домой и сразу идет в комнату Жасмин. Он ни разу не взглянул на свой телефон, чтобы проверить, все ли с ней в порядке. Это первый раз с тех пор, как он установил камеры, когда он забыл проверить ее.

Открыв дверь, он видит, что Жасмин лежит и, похоже, испытывает боль. Она трогает свой живот, а ее ночная рубашка испачкана. Он подбегает к ней и видит, что матрас пропитан коричнево-зеленой жидкостью. «Нет!» - кричит он.

Из всего прочитанного он знает, что если амниотическая жидкость зеленая или коричневая, значит, с ребенком что-то не так. Он не знает, что делать, кроме как взять Жасмин на руки и отнести ее в свою кровать, чтобы ей было удобнее. Затем он берет свой телефон и звонит Сесилии.

«Мне нужно, чтобы ты приехала сейчас же».

«Садись в мамину машину и езжай сюда».

«Но Маркос, что происходит?»

«Просто приезжай сейчас, Сесилия. Ты нужна мне здесь сейчас».

«Но я не понимаю. Ты пугаешь меня, что случилось?».

«Я не могу объяснить по телефону, просто знай: мне нужно, чтобы ты приехала сейчас».

«Хорошо, я уже еду».

Он знает, что она задержится. Дом ее матери находится довольно далеко.

Повесив трубку, он бежит на кухню, берет несколько полотенец для посуды и вытирает их. Он прикладывает холодную ткань ко лбу Жасмин. Затем он пытается сделать ей УЗИ, но не обнаруживает никаких проблем. Он прикасается к ее животу и говорит: «Все будет хорошо, малышка, просто хорошо, твои роды пройдут хорошо, все будет хорошо». Он дает Жасмин немного воды. Он повторяет эти слова снова и снова, не в силах остановиться, хотя знает, что его ребенок может умереть. Он не может заставить себя встать и позаботиться о том, что нужно сделать для родов, например, вскипятить воду. Вместо этого он не двигается и прижимается к Жасмин, которая с каждой минутой становится все бледнее.

Он смотрит на гравюру, висящую над его кроватью, на Шагала, которого так любила его мать. В этот момент он в некотором смысле молится. Он просит свою мать о помощи, где бы она ни была.

В этот момент он слышит звук автомобильного мотора и выбегает на улицу. Он обнимает Сесилию. Она отступает назад и удивленно смотрит на него.