Особое мясо

Помощник подходит к Урлету и что-то шепчет ему на ухо. Урлет жестом указывает человеку, и тот молча уходит, закрыв за собой дверь.

Все еще сидящий, неловкий, не знающий, что делать, видит, как уходит помощник и как на лице Урлета появляется улыбка. Урлет медленно постукивает ногтями по столу. Он не перестает ухмыляться.

«Мой дорогой кавалер, судьба улыбнулась мне. Некоторое время назад я ввел программу, позволяющую знаменитостям, которые сошли с дистанции, накопив большие долги, свести свои счеты здесь.»

«Что вы имеете в виду? Я не понимаю».

Урлет делает еще один глоток вина. Он выжидает несколько секунд, прежде чем ответить.

«Они должны оставаться в заповеднике в течение недели, трех дней или нескольких часов, в зависимости от суммы долга, и если охотники не смогут их достать, и они переживут это приключение, я гарантирую списание всех их долгов».

«Значит, они готовы умереть, потому что должны денег?»

«Есть люди, готовые делать зверские вещи за гораздо меньшие деньги, кавалер. Например, выследить кого-нибудь знаменитого и съесть его».

Ответ Урлета озадачил его. Он никогда бы не подумал, что этот человек способен осуждать кого-то за то, что он съел человека. «Ставит ли это перед тобой моральную дилемму? Считаете ли вы это зверством?» - спрашивает он.

«Вовсе нет. Человек – сложное существо, и я нахожу удивительными мерзкие поступки, противоречия и возвышенности, свойственные нашему состоянию. Если бы все мы были безупречны, наше существование было бы удручающим оттенком серого».

«Но тогда почему вы считаете это зверством?»

«Потому что это так. Но в том-то и невероятность, что мы принимаем наши излишества, что мы их натурализуем, что мы принимаем нашу примитивную сущность.»

Урлет делает паузу, чтобы налить еще вина, и предлагает ему немного. Он не принимает, говорит, что ему нужно ехать. Урлет продолжает, говоря медленно. Он трогает кольцо на безымянном пальце, двигает его. «В конце концов, с самого начала мира мы едим друг друга. Если не символически, то буквально – пожираем друг друга. Переход позволил нам быть менее лицемерными».

Урлет медленно встает и говорит: «Следуй за мной, кавалер. Давай насладимся злодеянием».

Он думает, что единственное, чего он хочет, это вернуться домой, быть с Жасмин и положить руку ей на живот. Но в Урлете есть что-то магнетическое и отталкивающее. Он встает и идет за ним.

Они подходят к большому окну, выходящему на заповедник. В каменном дворе полдюжины охотников фотографируются со своими трофеями. Некоторые из них стоят на коленях на земле над телами своих жертв. Двое из охотников схватились за волосы своих жертв и демонстрируют поднятые головы. Один застрелил оплодотворенную самку. По его мнению, ей около шести месяцев.