Особенная Тень

Я ожидаю какой-нибудь оправдательный монолог, где он будет долго распинаться в причинах своих решений, где расскажет, как тяжело далось ему сокрытие правды от меня. Где попытается объяснить своё вранье, будет просить прощения, когда посмел прикасаться ко мне, зная всю правду. Но услышав скудное «да» я срываюсь, вскакиваю и, опираясь одной рукой о стол, даю ему пощечину.

Он не двигается, лишь голова дёргается в сторону, да несколько светлых прядей, выбиваясь из причёски, падают на лоб. Я нервно сжимаю и разжимаю кулак, не зная, почему не ударила сильнее. Наверное, из-за сожаления в его взгляде, что успела заметить перед ударом. Но этого ответа мало, я пришла, чтобы узнать всё.

– Объяснись, – требую я.

Даниил не пытается поправить выбившиеся пряди, он смотрит перед собой и кивает.

– Я не врал, когда сказал, что с детства любил истории о тебе, восхищался твоей отвагой в одиночку встать против целой правящей семьи. И узнав, что ваши тела не разлагаются, я начал искать могилы, но тогда я был ещё совсем молодым, подростком. И всё, что мог, – это рыться в библиотеках и пыльных книгах. Тогда я и наткнулся на записи Юлия. Мне было четырнадцать. Я лишь отдалённо понимал, что нашёл, и решил показать их брату. Николай был старше, он довольно быстро осознал, какую жуткую тайну мы открыли. Тайну, что могла полностью изменить историю последних двухсот лет. Историю, где Рахмановы из хороших превратились бы в виновников трагедии. В тех, кто повинен в гибели Мар и ещё тысяч людей после, что пали, как оказалось, в безосновательной войне.

Он сглатывает, смачивая горло, чтобы продолжить. Я медленно сажусь обратно на свой стул.

– Николай наказал мне никому не говорить о находке, сказал, что попробует исправить нанесённый урон, заверил, что обязательно заключит мир с Сератом, и медленно мы вернёмся к тому, что было, забыв о прошлых разногласиях. Вначале я верил ему, поддержал брата, уверенный, что он всё исправит. Но когда первая волна радости прошла, я понял, что как раньше не будет в любом случае. Мары мертвы, это корень всего разгоревшегося конфликта, и его подписанным миром так просто не исправить. Сколько бы мирных договоров мы ни подписали, это не оживит Мар и не заставит Мороков вернуться и начать помогать людям.

– Зачем ты искал меня? – сухо, но уже спокойнее спрашиваю я.

Даниил отрывает взгляд от столешницы и смотрит мне в глаза. Он слегка наклоняет голову и мягко улыбается, напоминая мне того принца, которого я когда-то встретила, того, кто с каким-то детским воодушевлением нёс мне любые алые одежды, что мог найти, и приказал привести белого коня.

– Медленно я начал отходить от плана старшего брата, понимая, что хоть Юлий и заварил эту кашу, но именно Серат убил всех Мар. Они могли взять вас живыми!

Могли.