Если ты осмелишься

По отношению ко мне его внешность холодна, жестка. Но где-то в глубине души та его более мягкая часть, та часть, которая сделала его тем Уэсом, которого я знала раньше, все еще там.

Я всегда знала, что у него большое сердце. Больше, чем он любит показывать. Когда-то я думала, что для меня есть в нем место.

Но этого никогда не случится.

Гребаная фаршированная утка. Приз, который она выиграла на карнавале. Маленький утенок, над которым Хлоя мгновенно сжалась и заворковала, как только он оказался в руках Вайолет.

Утка, которая напоминает мне о нашем первом поцелуе. Когда я прижался губами к ее губам и удивился, как я прожил целую жизнь, не целуя ее. Когда я понял, что ни за что не смогу удержаться от того, чтобы снова ее поцеловать.

Глядя, как Вайолет рыдает перед могилой моей сестры, я застыл на месте. Как будто я почти забыл, что у нее там, внутри, есть сердце. Что до того, как Вайолет убила ее, они были лучшими подругами.

Но последний человек на этой Земле, заслуживающий моего сочувствия, — Вайолет Харрис.

Если бы не она, я бы не праздновал день рождения своей сестры на ее могиле. Я бы не купил ей гребаных цветов, потому что, когда она была жива, они ей даже не нравились. Сказала, что они скучные, неоригинальные. Такие подарки получают все девушки. Такой подарок, который не требует никаких раздумий.

Без нее я существую.

Какая-то ненормальная часть меня хотела упасть на землю рядом с Вайолет и притянуть ее в объятия. Оплакиваем мою сестру вместе, как мы бы это сделали, если бы Вайолет не была ответственна за то, что ее похоронили в первую очередь.

Самое больное во всем этом то, что единственный человек, которого я хочу утешить, и есть причина, по которой я нуждаюсь в утешении.

Приходят мама и папа с подносами, полными саженцев, и ручными лопатами, чтобы мы могли посадить их вокруг могилы Хлои.

— Уэс, мы с твоим отцом просто разговаривали по дороге сюда. Помнишь то лето, когда Хлое было около двенадцати и она по-настоящему увлеклась садоводством? А потом эта оса ужалила ее в ногу?

— Да, и она разозлилась на меня за то, что я все испортил.

— Ничего не выросло, но она была там каждый день.

Я проглатываю комок в горле.

— Это Вайолет мы только что видели? — Спрашивает папа, как будто она наш старый друг, а не злейший враг.

Мама опускается на землю рядом со мной.

— Вам удалось приятно поболтать? — спрашивает она своим успокаивающим медовым голосом.

— Нет, мам, это Вайолет. — Я хватаю лопату и вонзаю в землю. — У нас не принято мило болтать.

— Раньше так и было, — говорит папа, как будто мне нужно это гребаное напоминание.

— Я всегда думал, что вы с Вайолет были бы очаровательной парой. — Мама сажает саженец в неглубокую ямку, которую я выкопал, и разрыхляет землю вокруг него.

— Я знаю.