Осман. Его маленькая слабость

Я врал не только дочери Тагира, я врал самому себе. Этот брак — он тоже был фарсом, игрой, и я собирался использовать его наряду с другими своими козырями. Как? Другой вопрос.

Никто не знал и не знает о моих планах. Я хоть и доверяю своему другу, но не стал рисковать его доверием и его будущим.

Я даже не уверен в исходе этой игры, но одно знаю точно — если утону, потащу на дно и самого Тагира вместе с его хваленой репутацией и семьей.

Чтобы не свихнуться, я сконцентрировался на делах бизнеса.

А потом… череда событий, которые, как ни странно, сделали меня крепче.

Сначала я загремел в больницу после аварии — удар был несильным, но открылось внутреннее кровотечение. Ушло несколько месяцев реабилитации, и я еще никогда не чувствовал себя таким немощным — как физически, так и морально.

Вот только это помогло мне пройти проверку на вшивость у Тагира. Я ехал забирать подставные документы у знакомого юриста и, оказывается, за мной была слежка. Об этом я узнал только, когда увидел записи с камеры своего видеорегистратора. Они-то и вызвали мне скорую, видимо, получив отмашку от своего босса.

Потом чертова грыжа, и вердикт врачей — бесплодие. Звучит ужасно, но сама судьба помогала мне. У меня не было никакого желания иметь что-то общее с семьей Тагира, особенно детей…

— Осман Дамирович, вас ожидают инвесторы.

Тома очень вовремя и спасает меня от ответа Тагиру, однако тот явно не торопится покидать мой кабинет.

— Хотите присутствовать на деловой встрече?

— Нет, я хочу, чтобы ты кое-что сделал для меня.

А вот это мне совсем не нравится, потому что не сулит ничего хорошего.

— И что же вам нужно?

— Не мне. Моему брату.

И почему я не удивлен?

Тагир решил идти ва-банк, поняв, что самовольно мы с Ками не сдадимся.

— Он очень уважаемый человек, трудился столько лет в поте лица, — ага, точнее, обкрадывал чужой бизнес, — но ему нужен крепкий тыл, ему нужно будущее.

— Не слишком ли поздно он задумался о будущем?

Вижу, как во взгляде Тагира проскальзывает что-то темное. Ему определенно не нравится то, что я «плыву против течения».

— Мой брат, Заур, заслуживает счастья. И его может подарить только Камила.

Клянусь, сдерживаюсь из последних сил, чтобы не съездить этому подонку по морде. На что рассчитывал отец, когда выбирал между двух зол? На то, что волк откажется от охоты и оставит отару овец и пастуха в покое?

Ага, как же, оставит!

Такие, как Тагир, только подпитываются чужими страхами и чужой болью. Более чем уверен, что сейчас он получает ни с чем не сравнимое удовольствие — загнал Махдаевых в тупик, чем не радость?

— Камила учится за границей. А еще она вправе сама решать, за кого ей выходить замуж.

— Нет, мой дорогой зять, так нельзя, — Тагир снова включает блюстителя чести и добродетели. — Такие дела не пускаются на самотек.