Ослепительный оскал

– Прошлой весной она купила вам шляпу. Полагаю, вы ее хорошо знаете.

Ее губы искривились, будто она собиралась заплакать. Но она промолчала.

– Кто убил Синглентона?

Ее голова дернулась в одну сторону, потом в другую. Короткие черные волосы упали ей на лицо, оно стало бледным и жалким. Мне было стыдно своего поведения, но я продолжал:

– Вы вместе с Синглентоном уехали из Эройо-Бич. Это было что, похищение? Вы действовали для банды, а потом его пришлось убить? Вы убили его, потому что Люси пришла в голову грандиозная мысль? Люси мечтала о пяти кусках, но так и умерла, не получив их?

– Все это совсем не так. Я не тронула Чарли Синглентона. Я не причинила бы никакого вреда ни ему, ни Люси. Она была моим настоящим другом.

– Не могу, я не фискалка, – ответила Бесс.

– Поедемте в морг. Посмотрите на Чарли, тогда скажете.

Это слово вырвалось как бы из самой глубины ее души.

– Дайте мне немного отдохнуть. Обещайте ненадолго оставить меня в покое, тогда я расскажу вам кое-что, чего вы не знаете. Кое-что очень важное.

– Вы от меня отстанете? Клянусь, что я ни в чем не виновата.

– Давайте-ка перейдем к самому важному.

Ее голова была опущена, но голубые глаза искоса смотрели мне в лицо.

– В морге не Чарли Синглентон.

– Я больше не буду отвечать на ваши вопросы. Вы обещали оставить меня в покое.

– Откуда вы знаете, что это не Синглентон?

– Не спрашивайте меня об этом, – тихо проговорила Бесс.

Взгляд ее голубых глаз метнулся из-под опущенных век, как колеблющийся огонек.

– Спрошу по-другому. Вы знаете, что сегодня убили не Синглентона, потому что он был убит две недели назад. Его застрелили, и вы видели, как это произошло. Да или нет?

Бесс ничего не ответила. Вместо ответа она упала вперед на меня. Мне пришлось ее подхватить.

Высокий пронзительный голос хлестнул мне в спину:

– Руки прочь от моей жены!

Доктор Беннинг стоял у входа в кухню, держась за дверную ручку. Он был в шляпе и с черной библией под мышкой. Я встал между ним и его женой. – Я ждал вас, доктор.

– Развратники! – закричал он. – Распутники! Я возвращаюсь из дома Господня...

Его губы задрожали, и он не смог закончить фразу.

– Ничего не было, – проговорила Бесс за моей спиной.

Глаза Беннинга метнули молнии. Всей тяжестью тела он опирался на дверную ручку и на плечо, которым прислонился к косяку. Он трясся всем телом, словно подключенный к току.

– Вы оба лжете. Вы ее обнимали. Совокуплялись тут...

Слова комком встали у него в горле, едва не задушив его.

– ...как собаки. Как две собаки у меня в кухне.

Бесс вышла из-за моей спины.

– Я сказала, что ничего не было, и не желаю тебя слышать. Да и что бы ты мог сделать, если бы так было на самом деле?

Не ответив на вопрос, он сказал:

– Я помог тебе, я вытащил тебя из сточной канавы. Все, что у тебя есть – от меня.