Море Осколков

 — Горм ласково погладил громадный черный щит, который носил Рэйтов близнец. — И выманит врага на свою, удобную местность, и сокрушит, сам диктуя условия схватки.

Король Атиль хмыкнул.

— И чего ты завоевал, выбрав щит? В этом самом зале я вызвал тебя на бой; из этого зала ты слинял, как побитая шавка.

Сестра Ауд пробралась вперед. Ее лицо напомнило Скаре о персиках, поспевавших у стен Мыса Бейла: пухлое, круглое, в розоватых крапинках и пушистых тонюсеньких волосках.

— Государи, делу не поможет…

Но Гром-гиль-Горм прогрохотал поверх ее слов, точно грозовой раскат над птичьим щебетом.

— Крайний раз, когда гетландец выходил против ванстерца, твой славный меч куда-то запропастился, о Железный Король. Взамен себя ты послал драться бабу, и я побил ее, но решил сохранить ей жизнь…

— Можем повторить, когда вам будет угодно, о здоровенный кусок говна, — рявкнула Колючка Бату.

Скара заметила, как Рэйт стиснул подлокотник кресла. Шрамы исчеркали толстые костяшки на большой бледной руке. На руке, чья естественная форма — сжатый кулак. Скара придержала его запястье и встала на ноги первой.

— Мы должны отыскать середину! — в голос воззвала она к сходу. По правде говоря, истошно взвизгнула. И поперхнулась, когда все глаза уставились на нее, приветливо, как строй нацеленных глевий. — Мудрый воин наверняка возьмет и щит, и меч, чтобы в нужный момент использовать и то и другое.

Казалось, с этим ну никак не поспоришь, однако совет преодолел эту трудность.

— Обсуждать стратегию положено тем, кто поведет корабли, — высказал упертый, как дуб, король Атиль.

— От вас нашему союзу прибыток — лишь одна судовая команда, — высказал, оглаживая цепь, Гром-гиль-Горм.

— Неплохая команда, — заметил Дженнер. — Но что одна — то одна, спору нет.

Сестра Ауд предприняла новую попытку:

— Надлежащие правила сходов, изложенные Ашенлир в стародавние времена, наделяют равными голосами всех участников союза, независимо от… вне зависимости… — сестра перехватила взгляд своей бывшей наставницы, матери Скейр, полный лютой северной вьюги, и голосок ее сгинул под необъятными сводами Зала Богов.

Спокойствие в голосе далось Скаре не без труда.

— Я привела бы и другие суда, будь жив мой дед.

— Вот только он умер, — отрезал Атиль, не утруждаясь учтивостью.

Горм косо посмотрел на соперника.

— А перед этим предал нас праматери Вексен.

— А вы что, оставили ему выбор?! — гаркнула Скара. Волна вскипевшей в ней ярости застала всех врасплох, в первую очередь ее саму. — Надо думать, его союзники наперебой спешили с подмогой, а не препирались, кому где усесться, пока он погибал в одиночку!

Если слова и впрямь были оружием, то эти вонзились в цель.