Ворон. Осколки нас (СИ)

Мгновение Воронов смотрел на меня сверху вниз из-под полуприкрытых век, обрамленных влажными угольными ресницами. Вдруг он привлек меня еще ближе, и глубоко поцеловал.

У меня перехватило дыхание, когда Кирилл, жадно завладев моим ртом, толкнулся кончиком языка между сомкнутых зубов. Беспрепятственно раскрыл их. Застонал… Еще сильнее углубляя поцелуй…

Я издала покорный всхлип, цепляясь пальцами за его плечи. Кирилл сладко посасывал мой язык, пока я растворялась в нашей обжигающей ласке под проливным дождем…

— Лебедева, я готов поклясться на крови… — из меня вырвался робкий стон, и Кирилл, рассмеявшись, поймал его губами, — Только ты. Сокровище.

Около моей квартиры мы еще раз, более сдержанно поцеловались на прощание, а потом он, не оборачиваясь, скрылся в темноте, а я на цыпочках зашла домой.

Судя по тому, что в квартире не горел свет, соседка уже спала. Чтобы ее не будить, я сразу проскользнула в комнату, и, переодевшись в пижаму, быстро почистила зубы, забираясь в кровать.

В кромешной темноте под звуки дождя за окном я не могла справиться со своими эмоциями. Их было столько, что не умещались в груди…

Покручивая кольцо, я видела перед собой смеющееся лицо Кирилла. Даже несмотря на совместный душ перед отъездом из загородного дома, все мое тело пропахло им, я так глубоко в нем увязла… Растворилась.

Он уехал всего пять минут назад, а я уже смертельно соскучилась… Мне не хватало воздуха… А еще его рук и губ. Не хотелось думать, что он будет спать в той квартире, там, где еще пару дней назад спала она…

Шмыгнув носом, я облизала соль с губ. Ну, вот… Поддавшись неконтролируемому порыву, достала из тумбочки любимую куклу, и, свернувшись калачиком, прижала ее к груди.

Вдруг я вся подобралась, услышав череду звуков, доносящихся из коридора.

Затаив дыхание, наблюдала за тем, как любимый мужчина, переступив порог моей спальни, осторожно прикрывает за собой дверь. Кирилл избавился от одежды, ныряя ко мне под одеяло.

— Не смог уехать… — жених нежно провел кончиками пальцев по моему лицу, стирая одинокие слезинки, — Как чувствовал…

Я прижалась к нему так тесно, что между нашими телами не осталось воздуха. Своими руками и ногами я обвила Воронова, как плющ. Он коснулся моего виска губами.

— А теперь спать… — так сладко зевнул, — Просто спать, Алина… — проваливаясь в мягкую невесомую перину, я уловила в его голосе улыбку.

Глава 35

Я зажмурилась от яркого света, проникающего в спальню сквозь шторы.