По осколкам твоего сердца (СИ)

В нем остались лишь отголоски той властности, которая была прежде.

- В чем помочь? – нахмурился Барс.

- Вернуться.

Сердце пропустило удар. Это то, о чем Барс мечтал все эти три чертова года! И он готов был сделать все, что нужно!

- Что для этого нужно? – несмотря на внутреннее волнение, спокойно спросил он. – Ты же позвал меня для того, чтобы я что-то сделал, верно?

- Верно, - кивнул отец. – Ты должен будешь уехать домой. Встретиться с этим человеком. И передать ему информацию. Это кое-что важное. Тогда он уничтожит Захара. Мы вернемся. И то, что он забрал у меня, я отдам тебе. Весь бизнес. Всю недвижимость. Все ценные бумаги. Все, что у меня было.

Барс усмехнулся. Захар действительно прибрал к рукам все, что некогда принадлежало отцу.

- Это моя цена за возвращение, - продолжал Старик. – Я обещал, что мы вернемся. Выполняю.

- Мне от тебя ничего не нужно, - ответил Барс. – Я просто хочу быть живым человеком. Давай четко по делу. Когда я должен вернуться? И что именно сделать? Не увиливай.

Пришел Сема, который был в курсе всего, и они разговаривали несколько часов.

Барс должен был тайком вернуться в родной город и встретиться с влиятельным бизнесменом – неким Виктором Кретом, который долгое время прожил в Лондоне, но ненадолго вернулся в родные края из-за проблем с налогами. Много лет назад его жена и сын погибли в авиакатастрофе, после которой он и переехал. Боялся за свою жизнь.

Официальная причина авиакатастрофы – техническая неисправность, в результате которой отказали двигатели. Но…

…но у Сперанского появились доказательства, что авиакатастрофа была не случайной. Ее подстроили люди Захара, чтобы устранить Крета. Только в тот раз Крет никуда не полетел – появились дела, и он отправил жену и сына на отдых одних, пообещав прилететь следом.

- Нужно передать Крету доказательства, - тяжело дыша, повторил Старик. – Власти и денег у него больше, чем у Захара. Он устранит его. Отомстит. И мы вернемся.

- Вы как пауки в банке, - неожиданно для самого себя сказал Барс, который до этого лишь задавал вопросы по делу, глуша собственные эмоции. – Друг друга перегрызть готовы.

- Это жизнь, щенок, - прохрипел отец. – А за жизнь надо бороться.

- Вы боретесь не за жизнь. За бабло, - усмехнулся Барс. – Только тебе-то оно помогло?

Старик сжал в кулак руку, лежащую на коленях. Его лицо исказилось от бессильной ярости. Он знал, к чему клонит сын.

- Столько гнаться за властью и деньгами, чтобы в итоге страдали близкие. Зачем? Для чего все это дерьмо? – продолжал Барс.

Он говорил не только об отце. Говорил о тех людях, которым всего было мало, и которые хотели еще, и еще, и еще больше. Даже умирая, они готовы были не воздух хватать губами, а засовывать в рот купюры, чтобы на тот свет утащить с собой деньги.

- Тебе не понять, - проронил Старик.