Брачные ошибки

Потом указал рукой куда-то в ту сторону, куда они до сих пор шли и, постучав себя в грудь пальцами, сообщил:

- Джалир… Алар, – он опять указал на себя, затем указал направление и повторил: – Джалир, – и, очевидно, чтобы до спутника точно дошло, отчетливо повторил: – Алар Джалир. Потом, видя, что Эрик смотрит на него с недоумением и трясёт головой, мальчик вздохнул и начал чертить в рассыпающейся красноватой земле какие-то фигуры.

Эрик наблюдал внимательно, как тоненький смуглый палец провёл полукругом нарочито неровную линию, а потом в центре этого полукруга нарисовал что-то похожее на миндальный орех. Затем указав на себя и повторив:

- Алар… – мальчик ткнул в эту самую миндалину.

Эрик тупо разглядывал рисунок, не понимая, что к чему, когда малыш начал торопливо ставить возле миндалины коротенькие чёрточки и затем, махнув в сторону прибрежной полосы, снова пояснил:

- Алар… – и указал на миндалину.

Наконец до Эрика дошло! Мальчишка объяснял, что оказался здесь после того, как сгорело его судно! Чёрточки – это и были те самые баркасы, которые нападали на длинное судно.

Обрадовавшись, что они понимают друг друга, Эрик нарисовал в стороне от миндалины своё судно, сделав его прилично крупнее, и, потыкав пальцем, объяснил:

- Неустрашимый!

Дальше оказалось проще. Неровная линия полукруга – береговая линия бухты. Алар продлил её куда-то далеко вправо и там, поставив в пыли кругляшок, обозначил цель своего путешествия:

- Джалир! – И жестами снова пояснил: - Алар… Джалир.

Надо ли ему самому было в этот самый Джалир, Эрик не представлял. Но и особого выбора данная ситуация не давала. Смуглый малыш был вполне дружелюбен, а местные темнокожие пугали юнгу своим непривычным видом. Потому, тяжело вздохнув, он потыкал себя пальцев в грудь и сообщил:

- Эрик идёт в Джалир.

Казалось, что такая простая фраза снова вызвала недоумение у Алара. Он озадаченно посмотрел на юнгу, потом осторожно, как будто боясь сделать спутнику больно, дотронулся до груди барона и уточнил:

- Эрик?

- Эрик, – утвердительно кивнул юнга и, сообразив, что именно смущает малыша, повторил: - Барон Эрик фон Герберт, – а потом вновь ткнул себя пальцев в грудь: – Эрик! Эрик идёт в Джалир.

Мальчишка вскочил и сделав несколько шагов в сторону повернулся и уточнил:

- Ий-дёт?

- Идёт, – подтвердил Эрик.

После этого беседа, как ни странно, пошла немного легче. Каждый из них понял, что здесь, в окрестностях, у второго нет друзей и знакомых, что эта земля чужая им обоим и что сейчас их объединила общая цель – Джалир."

"Через пару часов Эрик почувствовал себя совсем плохо: кружилась голова, сосущее чувство голода скручивало желудок тугим узлом, а от укусов насекомых распухли не только шея и лицо, но и запястья рук и щиколотки ног.