Жена по ошибке

Плечо резко кольнуло, в тот же миг стихли шаги. Светлейший остановился.

— Кто здесь?

Я не двигалась. Черт возьми, я даже не шелохнулась! Как он мог хоть что-то уловить?

В воздухе разлилось почти осязаемое звенящее напряжение, и весь мир вокруг исчез. Остались только мы двое. Наше дыхание, удары сердец. В темноте парка. По разные стороны живой изгороди."

"Секунды тянулись невыносимо медленно, как в кошмарном сне. Мы не видели друг друга, но я бы легко описала все, что он сейчас делал. Чувствовала. Знала… Так, словно между нами не было преграды и я смотрела на мужчину в упор.

Вот он выпрямился еще больше… Настороженно повернул голову, оглядываясь… Решительно тряхнул головой и направился прямо к тем зарослям, за которыми пряталась я. Шаги возобновились.

Удар сердца… Еще один… И несколько мгновений на принятие решения.

Лиса подставлять нельзя, пора превращаться в Белару. В одежде подростка… И пусть. Пусть я буду выглядеть нелепо, смешно, неподобающе, сейчас не до приличий, отговорюсь как-нибудь. Одна только проблема: сменить чужую личину на другую я могла лишь в присутствии самого «носителя». Наблюдая за ним, а лучше касаясь. Вдали — только через свою собственную внешность. А это дополнительные секунды, которых у меня нет. Светлейший уже рядом.

Ладно…

Отступила на шаг. Еще отступила. Из-за изгороди донеслось властное:

— Стоять!

И я перестала таиться. Глубже натянула на голову капюшон и заспешила прочь, уже на ходу начиная трансформацию. Тело омыла привычная волна жара, унося личину Лиса, возвращая мне мой собственный облик.

За спиной затрещали кусты. Я прибавила шагу.

И скажите мне, что в такой темноте, да еще со спины можно разобрать? Мальчишечья одежда, куртка, скрадывавшая очертания фигуры, поверх волос — капюшон. Но инквизитор вдруг замер на долю секунды и глухо произнес:

— Алианна?

Этого еще не хватало.

Не выдержав, сорвалась на бег, но мужчина оказался быстрее. Вторая волна жара ударила изнутри в тот миг, когда тяжелая рука легла на плечо, разворачивая меня к преследователю. Я зажмурилась — только бы получилось. И еле удержалась на ногах от облегчения, услышав потрясенное:

— Белара?!

Успела.

— Что вы здесь делаете? — продолжал допытываться светлейший.

Я осторожно приоткрыла глаза, посмотрела на него снизу-вверх и отважно пискнула:

— Гуляю.

Ну а что? Тупить, так по полной.

— Гуляете? — недоверчиво переспросили меня. — Ночью? Одна? В таком виде?

— Так безопаснее, — пояснила я коротко и туманно. — Никто в темноте не узнает, примут за слугу.

Все, кроме вас.

— Я заходил к вам вечером, — протянул светлейший. Так, будто все еще не верил своим глазам. — Вилмот заявил, что вы плохо себя чувствуете, спите.