Отец по ошибке

Господи, почему мой мужчина не мог быть таким?

Пока я задумчиво пялюсь в одну точку, мечтая о счастливой семейной жизни, Максим раскладывает продукты в холодильник и шкафчики. Не могу не заметить, что он любит идеальный порядок. Меня не было несколько недель, а в квартире все на своих местах, словно здесь никто и не жил.

— Тебе через два дня к доктору на осмотр, — подает голос он, садясь за стол. — К завтрашнему дню дороги расчистят, так что доедем без проблем. М-м-м, вкусно, — пробует мою стряпню и улыбается."

"— Спасибо, я тогда пойду уже. — Поднимаюсь со стула, собираясь сбежать, потому что вновь чувствую странную неловкость.

— Ира, — останавливает меня. Я оборачиваюсь, встречаясь с его серьезным взглядом. — В квартале отсюда есть гостиница, можешь там пожить до тех пор, пока не освободится студия, но я бы настоял на том, чтобы ты осталась здесь, ты еще недостаточно окрепла, мало ли что случится, вдруг почувствуешь себя плохо, а рядом никого не будет? Подумай об этом.

— Хорошо, — говорю едва слышно и скрываюсь за дверью. Сердце в груди колотит с бешеной силой. Спрашивается, почему так разволновалась? Ложусь на кровать и прижимаю ладонь к груди, делаю несколько глубоких вдохов, обдумываю все, что происходит со мной в последнее время, обходя стороной заманчивое предложение Максима. Потому что к квартире прилагается заботливый мужчина, хоть и чертовски угрюмый, а иногда кажется, что совершенно негостеприимный.

На следующий день мы с Максимом избегаем разговоров о моем переезде. Я, конечно, начала собирать с разных углов квартиры свои вещи и пробовать упихнуть все в два чемодана, с которыми приехала полгода назад, но тщетно, за это время слишком много чего нового у меня появилось. Мужчина лишь молча наблюдал за моими действиями, никак не комментировал, спал, ел, играл в компьютерную игру, иногда спрашивал что-то незначащее. Вечером мы снова устроились в спальне, на разных сторонах кровати, за просмотром очередного фильма.

Где-то на середине фильма я замечаю, что Максим уже крепко спит, как и Тимур в моих руках. Я осторожно кладу сына в коляску, поправляю одеяльце, а потом долго стою посреди комнаты, таращась на спящего мужчину. Он в футболке, которая обтягивает его тело, давая возможность разглядеть бугры мышц, одна рука за головой, вторая вдоль туловища. Я не решаюсь его будить. Выключаю телевизор, забираюсь под одеяло и долго лежу, смотря в темный потолок. Прислушиваюсь к тяжелому дыханию Максима, а через какое-то время он неразборчиво что-то бубнит, потом разворачивается на бок и закидывает на меня руку.

Я не двигаюсь. Боюсь даже сделать лишний вдох. Дрожу от такой близости мужчины. От его запаха, тяжести его руки на моей груди.