Любовь по ошибке

- Где у тебя белье постельное?

Он вошел в комнату с миской и полотенцем.

- Зачем?

- Затем.

Я махнула рукой в сторону шкафа. Поставив миску на стул, Кирилл достал чистую простыню, бросил на спинку и откинул одеяло.

- Можешь сесть?

- Что ты делать собираешься?

- Обтирать тебя уксусом. Температуру сбить. Скорая будет, но хрен знает когда. Не стоит время терять.

- Не надо, - проскулила я, едва не плача.

- Помалкивай! - поддерживая за плечи, он через голову стащил с меня рубашку. - Знаешь, я рассчитывал увидеть тебя голой совсем в другой ситуации, но, говорят, хочешь насмешить бога - расскажи ему о своих планах.

Кирилл обтирал меня полотенцем, вода казалась страшно холодной, и снова начало трясти. И было все равно, что он смотрит на меня, дотрагивается... ну, почти все равно. Но хотелось только одного: чтобы эта пытка поскорее закончилась.

Наконец Кирилл поставил миску на стул, бросил в нее полотенце, ловко поменял мокрую простыню и надел на меня рубашку.

- Ты прямо как медбрат, - прошептала я, натягивая одеяло до ушей.

- Большой опыт, - он пожал плечами. - Ксю часто болела. Подожди, не засыпай, скорая должна уже приехать.

- Угу, - пробормотала я и провалилась в сон.

30

Кирилл

Беседа наша становилась все более. хм, интересной, но вдруг неожиданно оборвалась. Я ждал реакции на свою реплику минут десять, написал снова, ответа не получил. Конечно, Лену могло что-то отвлечь. Клиент, например, позвонил или мать пришла, но мне стало как-то неспокойно.

Я подождал еще, потом набрал номер. Раз, второй, третий. Глухо, как в танке. Это мне совсем уже не нравилось. Когда человек болен, дома один и вдруг резко исчезает из эфира, это наводит на самые неприятные мысли.

Круг по комнате - звонок. Круг по комнате - звонок. Длинные гудки. После десятого захода я сменил спортивные штаны на джинсы, взял ключи от машины и на секунду задумался.

Анна ушла час назад, не звонить же ей, чтобы вернулась. Оставить Ксю одну? Черт.

Я зашел к ней, она спала. Сел на край кровати, потрогал за плечо. Ксю открыла глаза.

- Что? Папа?

- Ксюш, мне надо уехать.

- Куда? Что случилось?

В голову ничего не приходило, и я решил не врать.

- Елена болеет. Я не могу ей дозвониться. Только узнаю, все ли в порядке. Она недалеко отсюда.

- Ты думаешь, ей плохо? - Ксю села рывком. - Она одна живет?"

"- У нее сын, как ты. Но он сейчас с бабушкой.

- Поезжай, конечно. Не бойся, - она похлопала меня по руке. - Я не подожгу дом и не устрою вечеринку. Только позвони мне.

- Тебе спать надо, - возразил я. - В школу утром.

- Тогда напиши.

Я уже выходил из комнаты, когда в спину прилетело лисьим голоском:

- Пап... а она, наверно, тебе серьезно нравится, раз ты так беспокоишься.

- Да, - ответил я, не оборачиваясь.

По пустым дорогам мне понадобилось всего пятнадцать минут, чтобы доехать до Лениного дома.