Ошибка президента

Трудно было поверить, что Толька Шведов, которого она знала не год и не два, продался. Это надо же – стрелять в своих же!

Романова вспомнила, что три месяца назад Шведов как будто переехал в новую квартиру. Он особенно не распространялся, что и как, да и Романова не слишком этим интересовалась – поменялся человек, что же в этом такого. Она тогда ни о чем его не расспрашивала – не до того было, дел, как всегда, по горло, записала только новый телефон и адрес. А вот теперь задумалась, что же это за обмен, интересно. Все прекрасно знали, что Шведов жил с семьей в небольшой однокомнатной квартирке на Кастанаевской улице в пятиэтажном панельном доме. Куда же он переехал, черт его дери? Романова подошла к шкафу, где стояла картотека с данными на сотрудников МУРа, нашла в ней Шведова и увидела его новый адрес: Рублевское шоссе, 27. Недолго думая, она набрала номер соответствующего РЭУ, где ей сообщили, что Шведов Анатолий Федорович с семьей прописан в квартире на третьем этаже я доме улучшенной планировки – квартира четырехкомнатная, общей площадью 95 квадратных метров.

«За квартиру продался, сука», – подумала Романова, в сердцах бросая трубку.

Теперь главная ее задача – отстранить Шведова от важных операций. Никаких оснований для того, чтобы снимать его с работы или тем более возбуждать против него уголовное дело, пока не было. Тем более Александра Ивановна понимала, что, решись она на такой шаг, еще неизвестно, кто будет на самом деле снят с работы – она или он. В сущности, такой поворот событий будет даже удобен власть предержащим – они получат полностью покорный им МУР, как уже получили послушных банкиров, войска спецохраны и, кто знает, что еще.

Прежде чем начнется кампания по освобождению Президента, нужно непременно отделаться от Шведова.

«Ведь это он пустил Сашку тогда по ложному пути – с этими кавказцами, – с досадой вспомнила Романова. – А что если…, – пришла ей в голову остроумная мысль.

– Любочка! – позвала она секретаршу. – Соедини меня со Шведовым. Он должен быть у себя.

– Александра Ивановна, звала меня? – в дверях появился Шведов.

Он довольно улыбался, и вдруг показался начальнице МУРа таким противным, даже скользким, что ей стоило больших усилий удержаться и не выложить ему все, что она о нем думала. Александра Ивановна Романова была человеком прямодушным, и всякая игра, притворство, интриги были ей невероятно противны. Но сейчас другого выхода не было.

– Садись, Анатолий Федорович, – буркнула она, стараясь даже не смотреть на Шведова.

– Шура, что-то еще случилось? – участливо осведомился тот.

– Да, – Романова махнула рукой, – опять тут ерунда какая-то. Не будем об этом. Я тебя вызвала по совершенно другому делу. Из Питера звонили. Там у них какой-то наемник разошелся.