Ошибка президента

Стремительно перекатился через капот, с разворота вновь «выстрелила» кверху нога, и еще один человек, выронив пистолет, с тошнотворным хрустом врезался головой в прочный корпус автомобиля. Старший при этом все время дергал рукой, и Ира наконец догадалась, что он беспрерывно стрелял, хотя никаких выстрелов не было слышно, только какое-то слабенькое покашливание. Почему он так и не попал в незнакомца, составляло тайну, покрытую мраком. Тот схватил его и утянул внутрь машины, и что там происходило, Ира, слава Богу, не видела.

Автомобили проносились по набережной туда и сюда. Никто не обращал на происходившее никакого внимания. Может, и видели что-то сквозь мельтешение облепленных снегом дворников, но благоразумно предпочитали не замечать.

Ира не решалась встать: приподнялась на четвереньки и поползла к своему зонту, сиротливо колыхавшемуся у стены. Почти сразу по газону прочавкали те самые насквозь вымокшие кроссовки.

– Ну что, живы, Ирина Генриховна? – пробормотал насмешливый голос.

В дверь позвонили не так, как обычно звонила жена.

– Кто там?.. – замерев у двери, спросил Турецкий.

– Саша… – сдавленно долетело с площадки. – Открой…

Турецкий распахнул дверь, ожидая увидеть пяток спецназовских «Калашниковых», нацеленных ему в грудь. Иру действительно словно злые собаки кусали, но рядом с ней стоял всего один человек, и даже, кажется, не вооруженный. Он преспокойно отжимал лыжную шапочку, которую, по-видимому, перед тем полоскал в луже. На лестничный бетон струйкой сбегала вода. Человек не стал возражать, когда Ира бросилась к мужу, мгновенно промочив ему тенниску прикосновением набрякшего меха, и расплакалась у него на плече.

Саша почти внес ее в прихожую и растерянно сказал незнакомцу:

– Заходите, пожалуйста…

Тот не заставил себя упрашивать. Закрыв дверь, он стащил кожаную куртку и разулся. Ноги в черных шерстяных носках оставляли мокрые следы на линолеуме.

– Может, скажете, что случилось? – спросил его Турецкий. – Иру пока бесполезно расспрашивать.

Мужчина провел ладонью по совершенно седому ежику, плохо вязавшемуся с довольно молодым лицом, и пожал плечами:

– Четверо граждан с ухватками типичных шиловских коммандос собирались посадить твою благоверную в машину и куда-то препроводить. Вероятно, с целью покормить ужином в ресторане.

– И?.. – выговорил Саша, чувствуя, как сразу бешено застучало сердце.

Седой молча указал ему глазами на Иру. Турецкий поспешно высвободился из ее рук, принялся расстегивать вывалянную в грязи шубку, потом повел всхлипывавшую Иру в ванную. Пока он возился, незнакомец проследовал в кухню и, не спрашивая разрешения, поставил на плиту чайник.

– Сделай послаще, – сказал он, пододвигая появившемуся Турецкому самую большую из имевшихся на виду чашек.