Пикантная ошибка

— Если ты сейчас не замолчишь, — с нежной улыбкой проговорила я, — то прокляну женитьбой на себе.

На меня покосились так, словно прикидывали: прибить или точно замуж взять, чтобы уже всю жизнь мучить всласть. Я аж головой потрясла, отчего сразу услышала:

— Правильно, пробуй поставить мозги на место.

Я стиснула зубы так сильно, что стало больно. Молчи, Радка, молчи. Его мама права: надо уметь сдерживаться. Иначе Гад обзаведется лишними частями тела. Хоботом, например, или нарровой чешуей.

Мысленно обливая Высшего водой после помыва коровника, я шла по коридорам Академии. Красиво тут все же. Даже статуи милые, пусть некоторые и жутковатые. А кое-какие и вовсе со скрипом поворачивают головы, смотрят вслед.

У кабинета ректора я слегка струхнула. Каменных статуй стало больше, их лица выглядели не слишком довольными. Тут еще и Гад шепнул мне на ухо, отчего по спине волной побежали мурашки.

— Это окаменевшие враги ректора, ведьмочка. Трепещи!

— Ты тоже трепещи. — парировала в ответ.

Так меня этот Гад разозлил, что я первой дернула дверь ректора. Если уж кого и превращать в каменюку, так это Высшего. Пусть ходят и смотрят на воплощение снобизма и наглости. Ух! Я его насквозь, подлеца, вижу!

— Добрый день, лорд Антигарранкандан. — отчеканил Гад, зачем-то заталкивая меня себе за спину.

— Здравствуйте. — пискнула я, понимая, что язык сломается уже на первом слоге фамилии ректора.

Осторожно выглянула из-за спины Гада. Сам он посмотрел на меня немного озадаченно, словно не понимал, что это за порыв у него был меня прятать. Я, кстати, этого тоже не поняла. Может, моё проклятье помимо рогов, ещё что-то в его голове нарушило?

Ректор сидел за массивным каменным столом. Меня смутило, что в одном месте на столешнице виднелась вмятина. Точно там кого-то с любовью били головой о камень. Осторожно сглотнула и оглянулась насчет путей отхода. Дверь оставалась приоткрытой. Это немного радовало.

— Входите, адепты. — позвал он нас.

Мы еще немного потолкались на пороге, словно демон подсознательно не хотел показывать меня на глаза ректору, но в итоге Гад втащил меня в кабинет едва ли не за шиворот. Намеренно грубо, будто срывая злость. Почему у такой красивой и воспитанной леди Дэрин такой хамский сын?

Ректор не выглядел сердитым или возмущенным. Строгим — да. И от его взгляда хотелось вытянуться в струнку и признаться во всем, даже в том, чего не делала.

— Адепт Зауронский, я все понимаю, но в следующий раз отвечайте за свои поступки сами и сразу, а не бросайте на амбразуры мать.

Я заметила как Гад сжал кулаки, аж суставы захрустели. Но голос у него остался спокойным.

— Боюсь, это была ее инициатива. Вы знаете, что за все годы обучения я никогда не пытался прикрыться ею.

Ректор махну рукой. То ли не поверил, то ли решил забыть.