Ошибка

Сначала оценят твою игру с второстепенной командой, посмотрят, что ты умеешь. – Голос Дженсена звенит от напряжения, что редко услышишь на льду. – Ты хороший игрок, Джон. Чертовски хороший. Даже если сначала клуб захочет обкатать тебя в «Провиденс», то все равно скоро затребуют в главную команду, потому что ты заслуживаешь этого.

Господи. Этого не может быть. Я в гребаном райском саду, пускаю слюни на проклятое яблоко. Искушение так сильно, что я прямо-таки ощущаю вкус победы. Яблоко мне протягивает не какая-то там команда – а та самая команда. За которую я болел с детства, в которой с семи лет мечтал играть.

Тренер изучает мое лицо.

– Так что, учитывая вышесказанное, я хотел узнать, не поменялись ли твои планы после окончания университета?

В горле становится суше, чем в пустыне. Сердце стучит громче. Мне хочется закричать «Да! Поменялись!». Но я не могу. Я дал обещание брату. И какой бы большой ни была эта возможность, этого недостаточно. На Джефа не произведет особого впечатления новость о том, что я буду играть за резервную команду. Его убедит только серьезный контракт с «Брюинз», да и то он скорее всего заартачится.

– Нет, не поменялись. – Это убивает меня. Убивает.

Судя по тому, как мрачнеет лицо тренера, он это чувствует.

– Послушай. Джон. – Мужчина говорит размеренно, тщательно побирая слова. – Я понимаю, почему ты делаешь это. Действительно понимаю.

Кроме моего брата, а теперь и Гаррета, тренер единственный, кто знает, что я отказался от участия в драфте. В первый год я притворился, что пропустил сроки подачи заявки, за что тренер затащил меня в этот же самый кабинет и в течение сорока пяти минут орал, какой я безответственный идиот и что я впустую растрачиваю данный мне Богом талант. Когда он успокоился, то стал бурчать что-то о том, чтобы попросить об услуге и включить меня в драфт. И у меня не осталось иного выбора, кроме как рассказать ему правду. Ну, не всю правду. Я рассказал ему о том, что отец попал в аварию, но умолчал о его пьянстве.

С тех пор тренер больше не мучил меня этим вопросом – до сегодняшнего дня."

"– Но сейчас мы говорим о твоем будущем, – мрачно добавляет Дженсен. – Если ты упустишь этот шанс, то будешь жалеть об этом до конца своей жизни, парень. Это я тебе гарантирую.

Да, только предупреждать меня не нужно. Я знаю, что пожалею об этом. Черт, да я уже жалею о многом. Но моя семья важнее всего, и мое слово что-то да значит. Для меня, для Джефа. Сейчас я не могу отступиться от своих обещаний, как бы мне ни хотелось.

– Спасибо, что сказали мне, тренер. И пожалуйста, поблагодарите за меня своего друга. – Я проглатываю ком отчаяния и медленно поднимаюсь со стула. – Но мой ответ «нет».