Ошибка Бога Времени

И душ, и свежие простыни, и можно протянуть… то есть вытянуть ноги. И такое светлое предвкушение радости охватило Зажорика во сне, что он даже заулыбался и запрыгал в такт музыке. Но радость его продолжалась недолго – вдруг затарабанило в двигателе, не то в коробке передач, не то камешками по днищу, и Зажорик облился холодным потом. Он вырубил музыку и прислушался – вроде не стучит! Показалось! Но тут же снова раздался стук! Зажорик свернул на обочину, заглушил двигатель. Потом включил снова. Прислушался и явственно услышал: «Жорик… открой… твою…!» Голос и лексика были ему знакомы.

Монах плюхнулся на сиденье и приказал:

– Ходу! Ты чего, прикемарил на посту? Я чуть окно не вынес!

Взвизгнули тормоза на вираже, и Зажорик бросил:

– Пристегнись! А то штрафанут! А чего ты ему впарил? – спросил он, имея в виду охранника.

– Что забыл мобильник в «Торге».

– И он повелся?! – поразился Зажорик.

– Ты же видел! Люди, как правило, мне верят. У меня внешность, внушающая доверие.

– Ага! – фыркнул Зажорик. – И что? Нашел что-нибудь?

– Вот! – Монах показал Зажорику блестящую упаковку какого-то лекарства.

– «Блопресс», от давления, произведено в Австрии. Видишь, наполовину использовано.

– И что? – Зажорик скосил глаза на упаковку. – Откуда?

– Там, в ящике стола, до сих пор лежат вещи Евгения, всякие мелочи вроде именного блокнота, ручек, брелоков без ключей, портмоне, таблеток, а на крышке написано: «Е.А. Литвин», аккуратненько так, не иначе – Марат изобразил. Все, что осталось, когда его увезли… Верный соратник! Сложил в коробку, закрыл и надписал. И с глаз долой, в нижний ящик правой тумбы. Когда мы с ним беседовали, я обратил внимание, что он бросает взгляды в ту сторону, и сразу сообразил…

– А почему он не отдал их Юле? – перебил его Зажорик.

– Должно быть, не захотел травмировать лишний раз. Он говорит о ней как о святой. Но это так, реплика в сторону. Сейчас не об этом.

– О том, что таблетки были у Евгения под рукой! Он прекрасно знал о своих проблемах и держал лекарство на виду. Видишь, осталась половина. Значит, он его принимал, и оно ему помогало. Когда ему стало плохо, он принял лекарство, но оно не сработало. Это то, что лежит на поверхности, Жорик.

– Почему не сработало?

– Потому что причина, вызвавшая приступ, была достаточно сильной, и «Блопресс» не подействовал. Во всяком случае та доза, которую рекомендовал доктор. А принять вторую таблетку он уже не успел.

– Ничего не понимаю! – в сердцах воскликнул Зажорик. – Какая еще причина? И откуда ты знаешь, что рекомендовал доктор?

– Какая причина? Я думаю, он принял что-то, и в результате…

– Что значит – принял? Лекарство?

– Нет, я думаю, это было не лекарство. Он принял… что-то, возможно, какой-то растительный яд, даже не подозревая об этом.