Продавец острых ощущений

Чтобы узнать код замка, либо камеру наблюдения нужно было устанавливать в шкафу, либо узнавать его, допрашивая владельцев квартиры. Следов от камеры видеонаблюдения в шкафу Лев не обнаружил и, повернувшись к хозяйке, спросил:

— К вам в последние месяц-полтора перед ограблением приходили в квартиру посторонние?

— Трудно сказать, — задумчиво проговорила Симутенкова. — Это же почти полгода назад было. Разве вспомнишь так, с лету?

— А вы постарайтесь. Может, ремонтники какие-то были, проверяющие?.. Торговцы, сектанты?

— Ну! Сектантов я уже давно только по телевизору вижу, да и торговцы по квартирам больше не шастают: трудно ключи от домофонов подбирать, — улыбнулась женщина. — А с проверкой, да, приходили. Где-то за месяц до ограбления. Из пожарной охраны или еще откуда-то, я не помню. Вентиляцию на кухне и в ванной проверяли.

— Сюда не заходили? — поинтересовался Лев, обводя взглядом спальню.

— Нет, — отрезала Симутенкова. — Тут вентиляции нет, им тут и делать нечего.

— А ваша дочь часто в квартиру гостей приводит? Сын, как я понимаю, не с вами живет.

— Они не мои дети. Их мать пять лет назад умерла. Но гости у Полины здесь не часто бывают, отец запрещает ей устраивать вечеринки. Она вообще предпочитает дома только ночевать, если это так можно назвать. Приходит под утро, спит до обеда, потом перекусит немного и убегает. Они даже с отцом практически не видятся последние годы, только по праздникам.

— Значит, отношения у них не самые лучшие? — сделал вывод Гуров.

— Ивану много работать приходится, и времени на детей не хватает, — вздохнула Симутенкова. — Да они уже и взрослые, каждый своей жизнью живет. К тому же Полина после смерти матери сильно изменилась, стала не совсем правильный образ жизни вести, и уговоры отца на нее не действуют. А когда Иван на мне женился, она и вовсе с ним практически разговаривать перестала.

— Вы сказали, что характер Полины изменился после смерти матери. Получается, вы были с ней знакомы и до этой трагедии?

— Да. У нас с Тамарой, матерью Полины, были приятельские отношения, и я довольно часто бывала у нее в гостях, — чуть прикусив губу, ответила Симутенкова. — После ее смерти я помогала семье, как могла, ну и у нас с Иваном возникла взаимная симпатия. Года через два после того, как Тамару похоронили, мы с ним решили пожениться. А что, наши отношения внутри семьи как-то касаются ограбления квартиры?

— Пока не знаю, — ответил Гуров. — На данный момент информации о ваших семейных делах мне достаточно. Покажите, пожалуйста, из каких еще комнат были совершены кражи.

Всего в квартире оказалось пять комнат, не считая кухни.