Осенний детектив

– С кем же он останется, когда вы уедете? С вашими родителями?

– Мама умерла, у отца своя жизнь. Возьмем с собой. Он у меня парень неизбалованный.

– Приезжайте все вместе в выходные, буду рада познакомиться с Андрюшей.

Они переглянулись, и Володя сказал обрадованно:

– Обязательно, Анна Николаевна! – воскликнула Катя.

…С волнением переступила Анна порог студии. Все там же, рядом с центральным парком, в старинном доме с кариатидами и колоннами. «Художественная студия «Пегас».

С какого дива «Пегас»? Каким боком «Пегас» к изобразительному искусству? В их кругу бытовала легенда, что мэтр Рубальский, тогда еще не мэтр, а начинающий мазила, после возлияния с такими же юными дарованиями предложил основать союз ниспровергателей и назвать его… ну как же ее? Летающая лошадь с крыльями? Пегас! Студия «Пегас»! Почему стихоплетам можно его оседлывать… то есть верхом, а нам нельзя? Дискриминация! Хотим Пегаса! Кто за? По слухам, проголосовали единогласно.

Художественная студия «Пегас». И знакомый черный силуэт лошадки с крыльями. Логотип. Казалось, время вернулось и стерло последних тридцать лет. Еще в фойе она услышала визгливый голос мэтра: «У тебя откуда руки растут?» – и невольно рассмеялась.

Она застыла на пороге большой светлой комнаты. У мольбертов стояли четверо: трое молодых людей и девушка, класс мастера. Сам же он, маленький, подвижный, росточком с карлика, бегал по комнате, громко орал и хватался за голову, ероша длинные седые патлы. Справа от большого окна сидела в кресле, запрокинув за голову руки, полуобнаженная натурщица. Анна отметила ее красивое сильное тело…

Рубальский заметил ее и замахал руками:

– У нас занятия! Попрошу вон!

– Сеня… – с трудом выговорила Анна. – Сеня, ты меня не узнаешь?

Мэтр подскочил, присмотрелся близоруко.

– Анька, чучело, ты? Анька Коваль? Господи, совсем старуха!

– И тебе, Сенечка, добрый день!

Они обнялись. Анне пришлось нагнуться.

– Пошли, поговорим. Расскажешь. Елка, будешь за старшего. Смотрите мне!

Он ухватил Анну за локоть и поволок из комнаты. Они пришли в его кабинет, захламленный как в старые добрые времена. Похоже, здесь ни разу с тех пор не убирали. Анна присела на диван. Рубальский поместился за письменным столом. Они уставились друг на друга.

– Ну что, принцесса, соскучилась? – сказал Рубальский, насмотревшись. – И дорогу, смотрю, не забыла.

– Дорогу помню, тебя помню. Ребят помню. С кем-то видишься?

– С Зойкой. Вот уж бездарь, прости господи! Забегает иногда. Пьем кофе. Или чего покрепче. Люблю пьющих баб, никогда не знаешь, чего ждать. Фейерверк! А хочешь по грамульке? За встречу? – Он проворно достал из тумбы стола бутылку коньяка, стаканы, пакетик с орешками. Разлил. – Давай! За нас!

Они выпили.