Абсолютное оружие

Ритуал"

"Акиенобоб вприпрыжку подбежал к хижине Старейшего Песнопевца и принялся отплясывать Танец Важного Сообщения, ритмично постукивая хвостом по земле. В дверях тут же появился Старейший Песнопевец и принял позу напряженного внимания: руки сложены на груди, хвост обвит вокруг плеч.

- Прибыл корабль богов, - нараспев проговорил Акиенобоб, выплясывая приличествующий случаю танец.

- В самом деле? - откликнулся Старейший Песнопевец, одобрительно косясь на сложные па.

Вот она, пристойная манера! Не то что расхлябанные, упрощенные движения, которые предписывает Альгонова ересь.

- Из божественного и неподдельного металла! - захлебнулся восторгом Акиенобоб.

- Хвала богам, - церемонно ответил Старейший Песнопевец, скрывая охватившее его возбуждение. ""Наконец-то! Боги возвратились!"" - Созови общину.

Акиенобоб отправился на сельскую площадь и исполнил там Танец Сборища. Тем временем Старейший Песнопевец воскурил щепотку священного благовония, оттер хвост песком и, очистившись таким образом от скверны, поспешил возглавить приветственные пляски.

Корабль богов - огромный цилиндр из почерневшего, изъязвленного металла - лежал в небольшой долине. Селяне, собравшись на почтительном расстоянии, выстроились в символическую фигуру ""Общий Привет Всем Богам"".

Корабль богов разверзся, и оттуда, шатаясь, с трудом выбрались два бога.

Старейший Песнопевец тотчас же признал их по облику. В Великую Книгу о Богах, написанную почти пять тысячелетий назад, были занесены сведения о всевозможных разновидностях божеств. Там описывались боги большие и малые, боги крылатые и боги о копытах, боги однорукие, двурукие и трехрукие, боги с щупальцами, чешуйчатые боги и множество иных обличий, какие благоугодно принимать богам.

Каждую разновидность полагалось приветствовать по особому, специально ей предназначенному приветственному обряду, ибо так было начертано в Великой Книге о Богах.

Старейший Песнопевец тотчас же приметил, что перед ним двуногие, двурукие, бесхвостые боги. Он поспешно перестроил своих соплеменников в подобающую фигуру.

К нему подошел Глат, прозванный Младшим Песнопевцем.

- С чего начнем? - учтиво прокашлял он. Старейший Песнопевец пронзил его укоризненным взглядом.

- С Танца Разрешения на Посадку, - ответил он, с достоинством произнося древние, утратившие смысл слова.

- Разве? - Глат почесал хвостом шею. Это был жест явного пренебрежения. - По заветам Альгоны - прежде всего пиршество.

Старейший Песнопевец отвернулся, жестом выразив несогласие. Покуда бразды правления у него в руках, он не пойдет ни на какие компромиссы с ересью Альгоны - учением, созданным всего каких-нибудь три тысячи лет назад.

Младший Песнопевец Глат вернулся на свое место в строю танцоров.