Оружейный барон. Том 3

— Как у вас всё продуманно…

— Ага, а в конце поднимается ещё одна больная тема — нечистые. В ролике мы показываем, как Народная Дружина справляется с ордами монстров. Причём делается акцент на том, что защитить свой дом может каждый, кто умеет стрелять.

— Люди почувствуют, что их судьба принадлежит только им? Их жизнь в их руках — в этом главный посыл?

— Умница ты моя, — стягиваю с неё балаклаву и глажу по макушке. — Я знал, что ты умнее остальных своих коллег.

— Просто этот вопрос терзает меня ещё с детства… — признаётся Розалия. — Я смотрела на других людей… Свободных людей… И думала, почему они могут делать, что захотят, а я не могу? Это нечестно…

— О-о-о! У меня появилась отличная мысль! — восклицаю я и снимаю с себя опостылевшую маску. — Раз мы всё равно будет дополнять ролик кадрами из этого города, то вставим твою речь! Это будет бомба!

— Мою?.. — неуверенно переспрашивает Розалия.

— Ага. Не переживай, лицо спрячем, никто тебя не узнает. Просто ты с такой болью произнесла слова о неравенстве, что они поразят в самое сердце едва ли не каждого крепостного. Честность — страшное оружие.

— Хорошо, если на то будет ваша воля…

— Нет, так не пойдёт, — отрицательно мотаю головой. — Нужно, чтобы ты была искренней, а не делала всё по указке. Я ведь тебе пообещал, что дам свободу? Так ведь?

— Да, Ваше Благородие…

— А ты сможешь дать её всем остальным. Не будь эгоисткой… Просто представь, сколько таких же людей, как и ты, мечтают о свободе. Вот только без их активного участия эта самая свобода им не достанется.

— Но ведь будет столько жертв… Тысячи, если не миллиона…

— Ну давай посчитаем, — начинаю загибать пальцы. — Предположим, что погибнет десять миллионов крепостных — это самый трагичный результат, по моим прикидкам. Остальные восемьсот с гаком получат свободу. Как ты считаешь, оно того стоит? Один умрёт, восемьдесят станут свободными.

— Десять миллионов?.. Так много?.."

"— Это при самом худшем раскладе. В среднем где-то 500–800 тысяч. Не больше. Нужно лишь расшатать власть Императора и разрушить привычные устои, хотя бы покуситься на них… А там вся эта пирамида разрушится как карточный домик. Вот увидишь.

— Ваше Благородие, но почему вы там уверены в успехи этой кампании? — Розалия задаёт резонный вопрос.

— А тут дело в другом… Не хочется говорить, но если мы не справимся, умрут все. Нам любой ценой нужно остановить НКК, а начать придётся с Императора, которым им потакает, — делаю паузу, чтобы Розалия обдумала мои слова. — Как ты могла заметить, я хотел повлиять на ситуацию верху, сделав Катю Императрицей, но всё пошло не по плану.

— Как всё сложно… — сетует она.

— Чем больше участников конфликта, тем сложнее победить. Но как я уже и сказал, у нас нет выбора.