Оружейный барон. Том 3

Мы же говорим о долгосрочном сотрудничестве, и понятное дело, что сейчас цена выше рыночной, если можно так сказать. Времена тяжёлые, и мне нужны деньги.

— Они нам всем нужны.

— Вы абсолютно правы, но вот нюанс: у меня есть возможность отразить любую угрозу со стороны нечистых, а у «всех», как вы сказали, её нет. Потому-то я и меняю один дефицитный товар на другой.

— Всё так, но цена остаётся неподъёмной, — скупщик тяжело вздыхает и наверняка с грустью смотрит, как закрываются багажники «Крузаков». — Это просто нереально. Я занимаюсь торговлей больше трёх десятков лет и могу вас заверить, что никто не купит их по такой цене.

— Как уже говорилось, я готов обсудить цену, — поворачиваюсь к нему лицом и жду нового предложения. — Думаю, следующая партия будет готова уже через неделю, и тогда цена будет ниже… Но за миллиард я буду готов отдать только тогда, когда ситуация с нечистыми вернётся на прежний уровень.

— Хм… — еврей складывает руки на груди.

— Хотя далеко не факт, что она вообще вернётся к тому уровню, ведь мы узнали о разломах шестой категории, и то ли ещё будет? На фоне случившегося нужда в моём товаре будет только расти. Как и цена.

— Тогда уступите столько, чтобы я смог купить их прямо сейчас.

— Четыреста грамм, — спустя пару секунд раздумий выдаю я.

— Нет, это всё ещё гигантская сумма… — еврей отрицательно мотает головой.

— Мы же с вами прекрасно понимаем, сколько вы сможете на них заработать…

— Откуда вы это знаете? — перебивает он. — Может быть, я беру их для личного пользования.

— Тогда тем более что мы с вами яйца мнём? — вижу, как еврей хмурится. — Прошу прощения за столь грубое высказывание, но так оно и есть. Раз четыреста — это много, назовите свою цену… Но учтите, если это будет двести, то мы попрощаемся и более я к вам не обращаюсь. Ведь мы теряем время, а время — это и деньги, и одновременно самый ценный ресурс. Тем более когда под каждым кустом прячется нечто, способное убить тебя при первой возможности.

Последним предложением решаю надавить на слабость еврея, ибо я понимаю, что часть автоматов он действительно хочет оставить себе, а поэтому просто не может вернуться с пустыми руками. Я согласен и на два лярда, при условии, что у него больше с собой нет…

— Двести пятьдесят, — нехотя говорит скупщик. — И если не вы не согласитесь, то можете уезжать, ведь больше у меня нет.

Хоть он и хороший актёр, но я без труда считываю мимику и понимаю, что это уловка. У него сто процентов есть ещё пыль, а сейчас еврей пытается сэкономить.

Колобок катится, птица летит, еврей экономит — от мира к миру, ничего не меняется.

— Позвольте высказать гипотезу, — издалека начинаю я. — Вы скупаете всякое разное, в том числе и магическую пыль.