Орки под Москвой

Он спешно снова разворачивал карту.

— Вот тут лес начинается со странными деревьями у Губастово, точнее вместо него. Я пошла вдоль него по правой стороне, потом он уходит вниз…

— На юго-восток, — прокомментировал Вася.

— Ну да… и километров через пятнадцать, примерно тут, прям на опушке, пик стоит. С другой стороны, поляна без края… Цветочки красивые, первый раз такие видела.

— Похоже, это та же поляна, по которой я шел, — снова влез Вася, видно, ревновал к большему успеху Тани. — В принципе это все равно то же направление. Можно там обосноваться и послать больше разведчиков к Оке.

— У столба нет никого?

— Не-а, только стенд с надписью, я не поняла, но на всякий случай переписала, — девушка несколько секунд рылась по карманам, пока наконец не достала сложенный вчетверо листок. — Вот!

— Ничего не понятно, каракули какие-то, — пробормотал Петя.

— Это эльфийский, — тихо сказала до этого молчавшая Иль. — Тут написано: «Кто подойдет к пику испытаний — умрет».

— Ну поговорить нам никто не мешает? — Федя с надеждой посмотрел на Иль. — Хотя бы на время попользоваться, как в прошлый раз. Артефакты нужны позарез.

— Поговорить не мешает. Но результат сильно зависит от того, какой клан представляют те, кто это написал и какая у них история отношения с людьми за эти дни.

— Вариантов все равно нет, — резюмировал я и встал. — И это километров на шесть-восемь меньше топать, чем до Оки, основная масса к полуночи дойдет. Моя четверка пойдет вперед, проведем переговоры.

— Какие шансы? — спросил я у Иль, когда мы выдвинулись в путь.

— Если большой крови между ними и людьми нет, то на ночь должны пустить, а так все сильно зависит от их количества и настроя их лидеров.

— А какие у вас отношения между кланами, или как вы их называете.

— У нас свое название для сообществ. Наверное, кланы наиболее подходящее из ваших, — Иль задумчиво смотрела на небо, подбирая слова, а я вновь залюбовался ее изящным профилем, обрамленным золотыми волосами. — Такой вражды как, у гномов, у нас нет. Лесов много, хватает на всех. Единственное — они разные бывают, есть опасные, и те из эльфов, кто там живут, пожёстче и с некоторым… не то чтобы презрением… скорее высокомерно смотрят на других.

— Ты из тех, что помягче?

— Да, но даже в хороших лесах живет разное… В нашем мире есть магия, и не вся добрая, источники гуляют и затрагивают животных, а бывает и эльфов… Но это долгая история. В любом случае даже самые миролюбивые из нас с детства хорошо стреляют из лука.

— А сколько вас на планете?

— Не знаю. В тех общинах, с которыми имела контакты моя, пару миллионов, может быть. Нас не очень много, живем мы долго, детей рожаем редко.

— Почему редко рожаем?

— Не знаю… — Иль опустила глаза и, мне показалось, немного покраснела.