Падение Рыжего Орка

И другой голос, откуда-то совсем из другого места.

— Сколько пальцев?

Какие, на хрен, пальцы?!

Звонок в дверь спустя полчаса после того, как Варя пришла домой, поставил ее в тупик. Поначалу. Но пока вытирала руки и шла к двери — непостижимо догадалась. Так и есть. Мама.

— Давно не виделись, — попыталась пошутить Варя, отвечая на материнский поцелуй.

— Давно, — серьезно кивнула Юлия Юрьевна. — Ты успела поужинать после работы?

— Угу, — кивнула Варвара, скрестив пальцы за спиной. Еда у нее ассоциировалась с Тихим. А потому есть не хотелось. Совсем.

— Тогда пойдем чай пить, — решительно кивнула Юлия Юрьевна. Достала из маленькой черной замшевой сумочки то, что в таких элегантных сумочках, как правило, не носят. Да что там — оно и поместиться в этой сумочке по всем законам физики не могло. Но поместилось.

— А это к чаю.

— Отличный выбор… — немного растерянно кивнула Варя, беря в руки бутылку «Курвуазье». — К чаю — самое то.

А под чай с «Курвуазье» Варя все рассказала маме. Про Тихона — без купюр. И про Юрия заодно — тоже без купюр. Та история сидела в ней занозой, спрятанная, скрытая от родителей — помнится, они очень удивлялись ее разрыву со Щербаковым — ведь он был представлен в качестве практически жениха. А потом вдруг без объяснений: был Юрий — и нет Юрия. И все тут. Родители тогда не полезли с расспросами — было на носу окончание мед. академии, да и мудрости хватило. А потом Варя в темпе вальса свалила из отчего дома на вольные, самостоятельные хлеба.

Рассказ вышел долгий. Заплакала Варя только в самом конце, но как-то без надрыва уже, тихо, обреченно.

— Что мне теперь делать, мам? — Варя поерзала щекой на материнском плече.

— Жить, хорошая моя, — мамина ладонь легко прошлась по спине. — Жить и радоваться тому, что у тебя есть. А у тебя много что есть.

— Да. У меня есть вы с папой. И Коля. И Люба. И Леночка.

— И не только, — Юлия Юрьевна обняла дочь за плечи. — У тебя еще есть ум, красота, прекрасное образование и работа. Слушай, Варенька, может быть, тебе съездить в отпуск сейчас? На море?

— Какое море, мам, в феврале месяце?

— Какое-какое… — пожала плечами мать. — Будто ты не знаешь. В Индии. В Таиланде. Тебе надо переключиться. Мы с отцом купим тебе путевку, не переживай.

Ездил с Росей в Таиланд. Волкинг — стрит, пип-шоу, все дела…"

"— Нет! — И, спохватившись, что ответ прозвучал резко, добавила уже тише и мягче. — Не хочу. Да и отпуск у меня по графику в августе. Ты же знаешь, мам, у нас с этим строго, все по графику.

— Варя, ты как ребенок! — немного раздраженно парировала Юлия Юрьевна. — Папа договорится. Тебе надо отдохнуть. Давай, мы…

— Нет, мам, — Варя смягчила свой отказ, прижавшись к матери плотнее. — Не надо. И договариваться не надо. И отдыхать мне не надо.