Спаситель под личиной, или Неправильный орк

Кажется, это стало для него последней каплей.

— Убью! — совсем потеряв голову, заорал Бастиан и ринулся в мою сторону.

И напоролся на мой кулак. Идиот, он думал, что даже в ошейнике сильнее метаморфа, ведь физически мы были обычными людьми, лишь с особым даром. Вот только категория у меня была высшей, а тело мгновенно вновь стало орочьим. Пусть не таким большим, как было в лесу, но таким же крепким. А орк — это вам не человек!

Принц отлетел едва ли не к противоположной стене, и какое-то время лежал, не двигаясь. Один из приставленных к нему стражников подошёл, пощупал пульс на шее, пожал плечами.

— Ничего страшного.

После чего подобрал Кристалл Правды, отброшенный Бастианом, когда тот кинулся на меня, и вернул его в шкатулку.

Никто из присутствующих даже не дёрнулся, чтобы прийти на помощь принцу крови. Наверное, у них ещё стояла перед глазами описанная мною картина, а я уж постаралась в красках расписать состояние Вэйланда при нашей первой встрече, и Кристалл Правды всё это подтвердил.

— Самозащита, — глядя на меня, твёрдо произнёс начальник стражи.

— Согласен, — кивнул король. — Бастиан напал первым.

— Свидетельствуем, — закивали советники.

— Садись, Элай, — Вэйланд похлопал меня по плечу, и я, вновь став человеком, плюхнулась возле него на кушетку, пытаясь осознать, что мне, кажется, сошло с рук избиение принца крови, то есть поступок, который приравнивается к государственной измене. — Везунчик, — это уже мне на ухо. — Как я тебе завидую!

— Да ему все сейчас завидуют, — хмыкнул Реарден, похоже, расслышавший его шёпот.

— Небо, кого я вырастил? — тяжело вздохнул Гровер.

— Мы все его проглядели, — покачал головой Реарден. — Эта ненависть не возникла внезапно, она росла десятилетиями. Возможно, всё началось ещё тогда, когда Бастиан осознал, что именно Вэйланд — наследник."

"Племянник короля зашевелился, попытался сесть. Застонал, схватился за лицо, потом за затылок, которым приложился об пол. Уперевшись рукой в пол, всё же сел, но вставать не решился.

— Больно? — участливо поинтересовался король.

— Больно, — простонал Бастиан.

— Плохо без дара исцеления? — всё так же, с сочувствием в голосе, уточнил Эверилл.

Бастиан кивнул и снова застонал, схватившись за голову.

— Моему сыну было больнее, — голос короля стал жёстким. — Прочувствуй хотя бы часть его страданий. Раз уж сам напросился.

— И ему ничего не будет? — принц переводил взгляд с меня на короля, своего отца, деда, наконец, остановился на Савьере.

— Самооборона, — пожал тот плечами. — Вам не нужно было пытаться убить его, ваше высочество. Господин Элай имел право защищаться.

— Всё из-за тебя, — полные ненависти глаза вновь нашли меня.