Пояс Ориона

И улыбался он хорошо. А в остальном – человек как человек, серое пальто, мягкий пиджак, тёмные джинсы.

Или люди из ФСБ и должны выглядеть… обыкновенно? И говорить киношные фразы, вроде той, что он уже сказал?..

– Наберите мой номер, – он продиктовал цифры и распорядился: – Моё имя в записную книжку не заносите. Если ваш муж спросит, чей это телефон, скажите ему, что, допустим, театральной кассы.

– Мой муж не копается в моём телефоне.

– Ну, на всякий случай. И ещё раз – если что-то покажется вам просто странным, позвоните мне!..

Он оставил на столе деньги, натянул пальто, улыбнулся Тонечке и пошел к выходу, боком протискиваясь между столиками. Она не отрывала от него взгляд.

…Ну, хорошо, хорошо! Кондрат Ермолаев – знаменитый вор. Украл некий Пояс Ориона. Его ищет федеральная служба безопасности, это понятно, видимо, такими делами занимается именно она. Но Александр Герман, её собственный муж, которого она настроилась любить и обожать до конца своих дней! И ей так хорошо жилось с этим настроем! При чём здесь он?

Знает ли он, чем занимается старый друг? Или для него, как и для всех остальных, он – повар?..

…Нет, нет, нет! Тонечка прижала холодные руки к пылающим щекам. Нужно думать не так. Нужно думать вот как: возможно ли, что он знает?

И с ужасом поняла – возможно.

Возможно ли, что он знает про Пояс Ориона?

Да, и это возможно.

Тонечка сжала руки в кулаки и сдавила щёки. В голове, в глазах, в горле всё дрожало, мешая дышать, видеть и думать.

…Тогда кто все остальные? Подполковник Мишаков, начальник местного ОВД – кто? Побитый мальчишка, которому она покупала карандаши, – кто?

Александр Герман, знаменитый продюсер и режиссёр – кто?!

– Ещё что-нибудь? – спросил официант, прибирая со стола деньги. Тонечка отрицательно покачала головой и поднялась.

…Как она сейчас вернётся домой, увидится с Сашей? Как она станет с ним разговаривать? И с детьми, они ведь ничего не знают!

Тут ей вспомнилась мать, Марина Тимофеевна.

Если ты в чём-то сомневаешься, у тебя нет никакого другого выхода – только задать вопрос и получить ответ.

Может, нужно задать ему вопрос, и дело с концом!

А если он не ответит, как не ответил ни на один её вопрос?! Что тогда ей останется?

Пока ничего не сказано вслух, этого как бы нет. А когда слова произнесены – значит, оно есть, и это уже окончательно понятно!

Тонечка трусила и не хотела никакой окончательности! Она хотела, чтобы всё стало, как было ещё неделю назад, и не понимала, почему так нельзя!..

Она выбралась из кофейни и медленно пошла в противоположную от дома сторону – ей нужно было собраться с силами.

Та самая мысль, которая так пугала её в последнее время, вдруг показалось спасительной и возможной.