Пояс Ориона

За ней по скверу мчался Родион.

– Что случилось?!

Он подбежал и перевёл дыхание:

– Я… это… из кремля бегу!

– Что?!

– Я подумал, а вдруг она собаку отдаст?

Тонечка взялась рукой за сердце – вернее, за куртку в том месте, где полагается быть сердцу.

Родион тяжело дышал, вид у него был дикий.

– Кто отдаст? Какую собаку?!

– Ну, помнишь, та женщина, у которой собаки! Ты сказала, мы потом заберём!

Тонечка соображала и наконец сообразила.

– И что случилось?

– А вдруг она её отдаст?! Другим? Пока мы не забрали, она же свободно может кому угодно отдать, это ещё пока её собака, а не наша!..

– О господи.

Он не понимал, почему она не осознаёт масштаба опасности.

– Там… картина, – продолжал Родион, облизывая губы. – Очень хорошая картина, называется «Летний полдень». Крыльцо, а на крыльце девочка, а у неё собачка маленькая. И я вспомнил!.. И побежал. Я Насте сказал, что мне… надо.

– И что нам теперь делать? – беспомощно спросила Тонечка.

– Может, ты ей позвонишь? Той женщине?

Тонечка присела на лавочку.

Ситуация требовала немедленного решения, а она не была к нему готова.

– Ну? – поторопил Родион и кивнул на её сумку. – Позвони!..

Тонечка как под наркозом достала телефон.

…Зачем ей сейчас собака, даже такая… волшебная, как пражский крысарик? Что она станет с ней делать здесь, в Нижнем, где непонятное множится с каждым часом, а понятного всё меньше и меньше?.. Как она объяснит мальчишке, что собака в любом случае будет жить с ней и её детьми, а мальчишка как-то совершенно отдельно, то ли со смутным дядей, то ли опять в детдоме!

– А, – сказал Родион и плюхнулся на лавочку рядом с ней. Лицо у него погасло. – Я понял. Ты не собиралась её брать, да? Это всё просто так, да? Как для маленьких?

Она посмотрела на него, и решение было принято.

Тонечка открыла сумку и вытянула кошелёк – в солидную британскую клетку, разумеется! Сунула сумку в руки Родиону и велела:

– Подержи. – И стала считать купюры.

Отсчитав сколько-то, довольно много, она сказала:

– Мы сейчас позвоним Галине Сергеевне, ты поедешь и отвезёшь ей предоплату. Ну, так полагается, когда покупаешь! Тогда она уж точно собаку никому не продаст и будет спокойно дожидаться нас.

– Точно, – восхитился Родион, и лицо у него опять осветилось. – Вот ты хорошо придумала!

– Только не шатайся с деньгами по подворотням, – говорила Тонечка приказным тоном. Телефон гудел возле её уха. – Только туда и сразу обратно. Я вызову тебе такси…

– Зачем?! Я на автобусе! – перебил Родион, но тут в трубке ответили, Тонечка махнула на него рукой и заговорила совершенно другим тоном, елейным:

– Галина Сергеевна, здравствуйте, это Антонина Герман. Как вы поживаете? Спасибо, мы тоже. Мы тут все поговорили и решили взять Бусинку.