Орешки для Белоснежки

Он моложе, но такой же комплекции, широкоплечий; рваный свитер, шляпа, на одной руке все еще перчатка с бутафорскими лезвиями. Да, он Фредди Крюгер, тот самый, что приходит во сне и убивает подростков.

А сегодня он пришел забрать у меня нечто другое.

— Да, Белоснежка, не заставляй нас, маньяков, делать тебе больно. Мы это совсем не любим.

Тони слишком смазливый для маньяка, улыбается, на щеках играют ямочки. От него, наверное, писают кипятком все девчонки колледжа. Ему бы быть принцем на белом коне, или быть ангелочком, но он бунтарь. С чего я все это взяла за считанные секунды, не знаю.

Он бросает перчатку на пол, спускает джинсы, также поглаживает свой стояк, а я у меня сжимается все внутри от нового прилива возбуждения. Моя изголодавшаяся плоть, словно и не испытала сейчас оргазм, ей нужно еще.

— Давай открой ротик, детка, и отсоси нам хорошенько.

Он не приказывает, не давит, он лишь толкает меня на это своим наглыми глазами и грязными словечками. В голове шум, в крови алкоголь, но я не пьяная, это другое.

— Давай, Белоснежка, смотри, как они хотят тебя, и не прикрывай свои шикарные сиськи, хочу их видеть и залить спермой."

"Сглатываю слюну, у меня совсем нет опыта в оральных ласках, Макс постоянно заставлял меня это сделать, но я сопротивлялась, говорила, что не готова.

А вот сейчас, кажется, готова как никогда.

Беру оба члена в руки, натираю их, размазывая по набухшим головкам смазку, что они выделили. Тянусь, облизываю языком, вкус солоноватый, но не противный, а потом начинаю посасывать по очереди каждый член.

Я сейчас не невинная трогательная Белоснежка из сказки, а порочная, грязная девчонка из своих пошлых фантазий.

— М-м-м-м-м… девочка, да, возьми глубже… еще, малышка… какой сладкий ротик… такая горячая…да девочка.

— Да, вот так, поиграй, сожми мои яйца, не так сильно, малышка, да…Чарли, ты прав, у нее чертовски сладкий ротик и такой нежный, готов не вынимать свой член из него сутки.

Они оба толкаются мне навстречу, пока я, войдя в азарт, как можно глубже беру член Тони в рот, массирую Чарли, потирая пальцем возле штанги пирсинга под головкой, где такая тонкая и гладкая кожа.

Я возбуждаюсь, делая минет сразу двум мужчинам, чувствую, как теку снова, хочу опустить руку под юбку и потрогать себя. Соски затвердели, грудь отяжелела еще больше.

А потом меняю члены и уже заглатываю Чарли, у него немного крупнее, и мне труднее. Пирсинг скользит по языку, а наяриваю два члена без малейшего намека на стыд.

— Не забудь про яйца, ух, малышка, да, да, твою же мать… м-м-м-м… как же вкусно ты это делаешь.

— Тони, заткнись, иначе я сейчас солью.

— Смотри, смотри, как она хочет, чтоб ей сейчас вставили, смотри, как ерзает, надо было позвать Райли, он был бы нам потом благодарен за такую сказочную малышку.