Крепкий орешек

Он жадно сдвинул с ее плеч платье, обнажая грудь. Соски у Маргерит напряглись от наслаждения, дыхание сбилось.

— Джастин! — Она попыталась оттолкнуть его, но пальцы, натолкнувшись на его мощную грудь, словно расплавились от прикосновения.

Губы Джастина впились в ее губы, вызвав в Маргерит бурю новых ощущений. И в тот самый момент, когда мир перестал существовать и остались только его руки и его губы, Джастин неожиданно отпустил ее.

Маргерит издала протестующий возглас и открыла глаза.

— Нет, дорогая, нет, — приговаривал Джастин, презрительно вглядываясь в ее искаженное страстью лицо. — Я плачу по своим счетам. Ты наняла меня как сопровождающего, а не как любовника — не забывай об этом!

Маргерит стало дурно: еще никто и никогда не унижал ее, а Джастин осознанно воспламенил ее, чтобы в последний момент отвергнуть и продемонстрировать свою власть над ней.

— А я и не хочу тебя! — гордо бросила она, хотя тело ее изнывало от страсти. — Я никогда в жизни не свяжусь с таким ничтожеством, как ты."

"— Ну, это ты врешь! — рассмеялся Джастин. — Ты и понятия не имеешь о таких мужчинах, как я. Когда-нибудь ты расстанешься с призраками прошлого и признаешь, что ты живая женщина с реальными чувствами и страстями.

Он ушел прежде, чем Маргерит успела возразить, что никогда не испытывала к нему никаких чувств. Боже, как она его ненавидела, как проклинала себя за то, что клюнула на его приманку!

Почти на ощупь она прошла в ванную и открыла душ на полную мощность. Но сколько бы Маргерит ни мыла и ни терла себя губкой, она не могла отогнать память о прикосновениях Джастина, о его ласках, пробуждавших ее к той жизни, на которой она когда-то поставила крест.

Глава шестая

Остров Корфу

Маргерит открыла глаза и вздрогнула, разглядев на соседней кровати безмятежно спящего человека. По-видимому, Джастин лег, когда она уже заснула. Вчера вечером, когда головная боль стала нестерпимой, Маргерит, извинившись, ушла и, проходя мимо Джастина, разозлилась, заметив на его губах насмешливую улыбку.

Тело, тяжелое и бесчувственное, ныло от внутренней пустоты, в существовании которой Маргерит не желала признаться даже себе. Неплохо было бы искупаться в бассейне и немного освежиться, подумала она.

Маргерит соскользнула с кровати, на цыпочках прокралась к вделанному в стену шкафу, взяла купальник и тихонько выскользнула во внутренний дворик, где находился бассейн. Оглянувшись, она убедилась, что Джастин по-прежнему безмятежно спит.

В этот ранний утренний час воздух был блаженно теплым, ветерок чуть шевелил волосы, а по голубому небу плыли редкие белые облака. Маргерит быстро надела на себя купальник — новенький, только что купленный, потому что вот уже несколько лет она не имела возможности отдохнуть на море.