Крепкий орешек

Только не надейся, что сумеешь заморочить мне голову!

— А твоего мнения никто не спрашивает! — взорвалась она. — Ты получаешь от меня деньги, поэтому, будь добр, делай свою работу, не высовываясь ни на дюйм!

— Ну да, конечно! — саркастически заметил Джастин. — Это именно те отношения с мужчинами, которые ты предпочитаешь. Заплатила — и покорность гарантирована! Ты замечаешь, что тебе доставляет удовольствие напоминать мне о моем подчиненном положении? Будь осторожна! Гордыня ведет в царство одиночества!

— А может, мне и нужно одиночество? — надменно возразила Маргерит, хотя, если бы не выработанная с годами привычка не показывать на людях свои слабости, она бы, вероятно, сейчас разревелась в полный голос.

Должно быть под действием таблетки, Маргерит задремала и очнулась оттого, что Джастин осторожно тряс ее, собираясь предупредить, что самолет идет на посадку.

Маргерит открыла глаза и с возмущением обнаружила, как Джастин совершенно по-свойски, будто муж жену, снова обнял ее за плечи.

— Не волнуйся, — тут же сказал он ей. — Ты же плохо переносишь взлет и посадку… Но если честно, то не хотел бы я оказаться на твоем месте! Панически бояться любого, даже самого невинного, проявления чувств в свой адрес — это чересчур! Впрочем, каждому свое!

Маргерит спускалась по трапу, совершенно раздавленная. Ей никогда не приходило в голову, что она производит на посторонних столь непрезентабельное впечатление. До сих пор Маргерит полагала, что люди относятся к ней с уважением потому, что она глава процветающего агентства, добившаяся успеха собственным трудом, пусть и с помощью дедовского капитала, а оказывается она вызывает у окружающих омерзение, как вызывает омерзение змея…

Да, ради успеха ей пришлось пожертвовать всем остальным, но что это, «все остальное»? Не требовалось особых усилий, чтобы вспомнить дни, когда главным в жизни для нее были дом, семья, любовь… И все это она отбросила в сторону. Дом? Он у нее есть — правда, пустой и холодный. Любовь? Маргерит на своем опыте убедилась, что той любви, о которой она мечтала, в мире не существует. Семья? Достаточно посмотреть на подруг — многие ли из них счастливы в браке?

И все же подруги, по крайней мере, отважились довериться мужчине. А я? Я не осмелилась… Все так, но у них не было такого печального опыта, как у меня, горько напомнила себе Маргерит.

— Дорогая! — Дорис испуганно смотрела на нее. — Ты в порядке? У тебя такой бледный вид!"

"— Голова болит. Перед отъездом пришлось провернуть кучу дел.

— Бедная Маргерит! — издевательски вставил Хьюго. — Всегда-то найдет повод напомнить, что она шишка на ровном месте — не в пример нам, убогим! Тебе повезло, Джастин! На твоем месте я бы оставил работу и перешел на содержание Маргерит.